Кто предупрежден — тот вооружен

Право на принесение протеста в порядке надзора (т. е. право на оспаривание окончательного, вошедшего в законную силу приговора или решения суда) до недавнего времени имели три должностных лица: генеральный прокурор, председатель Верховного суда и министр юстиции. Впрочем, кроме них такое право принадлежит также — но лишь по некоторым категориям дел — министру труда, оОбщепольскому согласию профсоюзовп и руководителю патентного ведомства. С момента учреждения института Уполномоченного по гражданским правам появилось еще одно лицо, обладающее таким правом. Соответствующая норма закона пользуется, похоже, гораздо большей популярностью, чем все остальные положения Закона об Уполномоченном по гражданским правам — этот вывод можно сделать на основании числа поступивших писем, содержащих просьбу о принесении такого протеста. Пишут граждане, пишут и адвокаты. Таких просьб мы получили уже около 7 тысяч. (Хочу пояснить слово ооколоп. По состоянию на конец июня 1988 года мое бюро получило всего 29306 жалоб. Половина из них зарегистрирована, остальные ожидают регистрации, ибо мой штат не в состоянии сделать это быстрее. Вот если б у нас был компьютер... — но он стоит немало, а денег нет. К тому же нередко просьбы о принесении протеста как бы замаскированы, и лишь при более глубоком анализе ошило вылезает из мешкап).

Генеральный прокурор ежегодно приносит около 600 протестов в порядке надзора, Председатель Верховного суда — 50, Министр юстиции — 700. В тех странах, где подобным правом обладают омбудсманы (уполномоченные по правам человека), количество вносимых ими протестов такого рода не превышает 4—5 в год.

Во время одного из первых приемов посетителей в моем кабинете в здании Сейма ко мне пришла супружеская пара — вместе с адвокатом. Адвокат начал тщательно подтверждать свои полномочия (что, замечу, вовсе не требуется для беседы с Уполномоченным). Я спросила, в чем дело. оМы хотели бы, чтобы Вы принесли протест в порядке надзора по нашему делу. Речь идет о разделе наследствап. оНу, а в чем вы видите здесь нарушение Ваших гражданских прав?п оТак ведь суд отказал нам в иске. Разве этого не достаточно?п

Нет, не достаточно! В Польше за год рассматривается около двух миллионов судебных дел, и в каждом из них проигрывает та или другая сторона. Но это же не значит, что каждое решение суда, каждый приговор плохие и их надо отменить. Субъективное чувство несправедливости — это одно, а судебное решение или приговор, нарушающие закон, — это нечто иное. А во-вторых, Уполномоченный по гражданским правам приступает к делу лишь в том случае, когда из-за действия или бездействия органов, организаций или учреждений, обязанных соблюдать права и свободы человека, произошло нарушение закона, принципов общежития и справедливости (причем Уполномоченный обладает свободой действий в этом отношении, что означает попросту его право выбирать дела, которыми он будет заниматься). И не каждое такого типа нарушение закона или других правовых норм дает основание для действий Уполномоченного. Ибо речь идет лишь о правах и свободах, определяющих положение граждан именно в качестве граждан в их отношениях с властями (в широком смысле этого слова). Но не о правах, сопровождающих иные роли человека: в качестве соседа, наследника, мужа, отца, партнера по контракту и т. п. Споры, связанные с получением денег взаймы или с покупкой трактора у соседа или с размежеванием земельных участков (другими словами, споры в чисто частно-правовой сфере, споры между людьми, не выступающими во взаимоотношениях между собой ов качестве гражданп) — вообще не относятся к компетенции Уполномоченного. Вспомним сцену из оПотопап, когда Кмитиц выпорол изменника полковника Куклиновского (продавшегося шведам и направленного ими посланцем к защитникам Ясней Гуры), тщательно оговорив при этом, что удары предназначены Куклиновскому ов качестве частного лица, но не в качестве посланцап. Итак, все средства, которыми располагает Уполномоченный по гражданским правам (представления, разъяснения, предложения о наказании виновных, вступление в дело и, наконец, пункт 8 статьи 12 Закона — принесение протеста в порядке надзора), могут применяться только в тех случаях, которые находятся в пределах его компетенции, только в делах, где произошло нарушение гражданских прав и свобод. А к таким делам по самой своей природе не относятся имущественные споры, споры между соседями, семейные, наследственные и даже трудовые споры. Конечно, может случиться, что и такое дело, которое в принципе не относится к компетенции Уполномоченного, содержит все же элемент нарушения прав человека. Например, жалобы на нерадивость судов (волокиту), на грубо нарушающее права человека истолкование закона. Но все же это — исключения, а не общее правило. При этом надо помнить, что хотя гражданин имеет право на правильную работу правосудия, омбудсман не вправе вторгаться в сферу, где могла бы быть затронута независимость судей. Например, он не вправе написать в суд, что тот неправильно применяет закон, или поставить под сомнение оценку судом доказательств (толкуя их опо-своемуп). Ну, и всякие обвинения судов в разного рода беззакониях (такими обвинениями тоже пытаются побудить Уполномоченного принести протест в порядке надзора) — если они не сопровождаются упоминанием конкретных фактов — остаются лишь пустой болтовней.

Отсюда следует, что, помимо ообычныхп требований к протесту в порядке надзора, к такому протесту, приносимому Уполномоченным, предъявляется еще одно требование: он должен быть средством осуществления его компетенции. Такой протест не должен (а лучше сказать, не может) быть принесен по делам, где отсутствует нарушение прав человека в смысле статьи 1 Закона об Уполномоченном по гражданским правам.

Уполномоченный не может также (этот запрет относится ко всем должностным лицам и применяется во всех случаях) приносить так называемый осверхпротестп, т. е. приносить протест в порядке надзора по делу, которое уже рассматривалось в надзорном порядке. И это даже вне зависимости от того, что в подобных делах может обнаружиться нарушение прав человека. Уполномоченный связан в этом отношении положениями части 1 статьи 463 УПК и части 3 статьи 417 ГПК.

Возникает еще одна — деликатная — проблема. Уполномоченный приносит протест в порядке надзора лишь по своей инициативе, а не по просьбе заинтересованного лица. (А официальные просьбы о принесении протеста в порядке надзора следует подавать только Генеральному прокурору или Министру юстиции). Письма и жалобы, поступающие к Уполномоченному по гражданским правам, не являются, с формальной точки зрения, просьбами о принесении протеста в порядке надзора, а потому и не оплачиваются соответствующей госпошлиной. При таких обстоятельствах многие полагают, что обратиться к Уполномоченному попросту дешевле. И потому, вместо того, чтобы писать Генпрокурору или Министру юстиции, пишут ему. И вот тут-то они и попадают в ловушку. Дело в том, что у Уполномоченного дела лежат. Они не могут не лежать, ибо ту массу писем, которая ко мне приходит, не в состоянии переработать мой не слишком многочисленный персонал. А между тем, по гражданским делам принесение протеста в порядке надзора допускается не позднее, чем через 6 месяцев после вступления решения в законную силу (и при условии, что решение содержит грубое нарушение закона). А по истечении этого срока — лишь в случае, если решение нарушает интересы Польской Народной Республики. Поэтому по гражданским делам существует опасность того, что пока письмо лежит у Уполномоченного, истечет этот требуемый законом шестимесячный срок. Если в конце концов окажется, что дело действительно оомбудсманскоеп, большого горя нет, ибо можно считать, что нарушение прав и свобод человека, о котором говорится в части 3 статьи 1 Закона об Уполномоченном по гражданским правам, с учетом факта защиты государством прав человека, можно считать тождественным нарушению интересов Народной Польши. Но если пролежит в офисе уполномоченного просьба, дающая основания лишь для ообычногоп протеста в порядке надзора — пропуск срока окажется роковым. Поэтому я постоянно повторяю гражданам и всем потенциально заинтересованным лицам: Внимание! Я Вас предостерегла. По этой же причине Уполномоченный придерживается на практике принципа субсидиарности. Это означает, что заинтересованному лицу следует обратиться со своей просьбой о принесении протеста в порядке надзора сперва к Генпрокурору или Министру юстиции и только в случае получения отказа от одного из этих должностных лиц обращаться к Уполномоченному. Это продиктовано осторожностью и заботой об интересах гражданина. Оба названных органа имеют большой специализированный аппарат и отвечают на просьбу лишь после ознакомления с делом, что позволяет устранить часть хотя бы самых важных нарушений закона.

Итак, кто предупрежден — тот вооружен. А о принесенных мною протестах в порядке надзора я напишу через несколько недель и расскажу, почему решила их принести. Пока таких протестов пять: один по гражданскому делу (он уже удовлетворен), один — по административному делу и три по уголовным делам. В июле будут рассмотрены два из принесенных мною протестов. Еще три протеста находятся в стадии подготовки.