Сергей Ковалев, правозащитник, председатель Российского правозащитного общества "Мемориал", о конференции «Другая Россия», о споре между «правыми» и «левыми» и о борьбе за наши права

Моя позиция по поводу моего участия в конференции «Другая Россия» крайне проста: я – правозащитник. Что это значит? Это значит, что я — человек, который пытается добиться от власти демократического государственного строя. А это, в свою очередь, значит, что смена власти должна происходить путем открытой и прозрачной конкуренции политических сил – это основа демократии.

По-моему, слепому видно, что у нас в стране не только не существует этого порядка, но власть делает ставку на совершенно противоположный курс внутренней политики. Она озабочена тем, чтобы впредь к власти приходили лица, назначенные предыдущей властью. Это даже не тенденция, а уже господствующая в стране практика, она задевает разнообразные политические силы в России.

Возможности открыто и добросовестно конкурировать со своими политическими оппонентами лишены не только представители либерально-демократических партий, этого лишены и лимоновцы, и анпиловцы, и много, кто еще.

Власть отбирает тех, кому разрешено участвовать в якобы демократических выборах, более того, власть отбирает и тех, кому позволено пройти сквозь это сито. Это ущемляет всех.

Честно говоря, у меня нет ни малейшей симпатии ко многим политическим деятелям, которые будут участвовать в «Другой России». Я абсолютно убежден, что либеральный отряд не должен ни в каком виде объединяться с представителями, например, коммунистических движений.

Объединяться в один избирательный блок или как-то иначе — абсолютно недопустимо!

Но сейчас речь идет о защите права, права на свободную конкуренцию на политической арене. Это остро необходимо нашей стране. Этим правом независимо от наших симпатий и антипатий, наших согласий и разногласий должны обладать все участники политического процесса, и все в равной степени должны иметь возможность добиваться этого права.

Я думаю, эта ценность гораздо выше любых политических направлений, убеждений, взглядов и т.д. Поэтому со всеми, кто готов добиваться этого неотъемлемого права, его добросовестного осуществления, я готов взаимодействовать: например, подписывать разнообразные соглашения. Хоть с Путиным. Понятно, что у меня нет симпатий к господину президенту, но я и с ним готов подписывать соглашения по этому вопросу. (С одной оговоркой в отличие от, например, Анпилова: соглашение с Путиным должно содержать конкретные условия и обязательства, которые примет на себя президент — обязательства, которые ему по должности и по плечу.)

Меня нисколько не смущают мои острые непримиримые политические разногласия, например, с НБП или с представителями левых сил. (Хотя, честно говоря, программа НБП очень мутная, я точно не понимаю, чего они хотят, по-моему, они и сами этого точно не знают.) Но это в данном случае неважно – все они страдающая сторона.

Все эти громкие заявления по поводу участия в «Другой России» напомнили мне стародавнюю историю: было огромное собрание учительского актива города Москвы, там пытали Ваву Айхенвальд, почему она подписала некий протест против судебного решения. Учительница Айхенвальд сказала: «Потому что этот приговор противоречит закону». И тогда высокий представитель горано, воздев руки к небу, воскликнула: «Как, этих мерзавцев, этих отщепенцев еще и по закону судить?» На что Айхенвальд сказала: «Да, и убийц, и насильников – всех нужно судить по закону».

Отказ Явлинского участвовать в конференции – это, в свою очередь, право Григория Алексеевича, я понимаю его мотивы. Должен сказать, что свое решение я принял недавно и не без колебаний. Несмотря на то, что мое убеждение абсолютно твердое, я категорически против претензий друг к другу в связи с участием и неучастием в «Другой России».

Этот выбор – право каждого. Думаю, тем не менее, что лидеры «Яблока» разделяют мои убеждения, что и Анпилов, и Лимонов должны иметь равные с ними права.

Если права не равные, то права вообще не существует. Если то, что мы защищаем, право, то мы без малейших колебаний должны признать, что это право принадлежит Зюганову и Анпилову, Лимонову, Осипову, Бородину и даже Жириновскому.

Право оно для всех: для правых, для левых. И я в отличие от Новодворской уверен, что борьба за общее право никак не может дискредитировать либеральную идею.

ЕЖ, июль 2006