Главным достижением Организации Объединенных Наций с момента ее создания в 1945 г. явилась выработка новых универсальных стандартов защиты прав человека. Однако и сегодня остается серьезная проблема: необходимо убедить государства следовать на практике этим стандартам, в настоящее время включенным в региональные и всемирные международные договоры о правах человека. Каждый из основных договоров предусматривает определенный механизм его применения. Право на свободу мнения, свободу слова и информации включено во все международные конвенции. (Предпринятая в 50-е годы попытка разработать под эгидой ООН специальный договор о свободе информации оказалась безрезультатной.)

Эти международные документы не только провозглашают право на свободу слова, но также устанавливают единственно допустимые основания, по которым правительства могут ограничивать это право. Ключевой вопрос неизменно состоит в оправданности таких ограничений. В случае, когда установление их небесспорно, оно должно оцениваться судом, а не исполнительной властью. Должны быть представлены наглядные доказательства того, что то или иное ограничение является необходимым в условиях демократического общества. Именно в надзоре за действиями правительства и законами, устанавливающими ограничения, состоит решающая роль суда в деле применения как внутренних, так и международных правовых гарантий свободы информации.

Всеобщая декларация прав человека. Провозглашенная в 1948 г., Декларация и сегодня остается наиболее мощным выражением всеобщей приверженности уважению прав человека. Декларация по определению не имеет обязывающей силы международного договора, однако по общему признанию приобрела статус источника обычного, т.е. основанного на обычае и добровольно признаваемого, несмотря на отсутствие санкций за неисполнение, международного права. Ее положения восприняты конституциями многих стран мирового сообщества.

Статья 19 Декларации гласит:

“Каждый имеет право на свободу мнения и на свободное его выражение; это право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ”.

Международный пакт о гражданских и политических правах. Этот важный международный договор вступил в силу в 1976 г. одновременно с параллельно принятым Пактом об экономических, социальных и культурных правах. Государства-участники Пакта принимают на себя обязательство предоставлять Комитету по правам человека, созданному в соответствии с Пактом, доклады о состоянии прав человека в их странах. Пакт содержит факультативное положение, по которому государство соглашается допускать обращение своих граждан в Комитет с жалобами на нарушения прав человека со стороны государства.

Статья 18 Пакта гарантирует свободу совести, религии и убеждений; статья 19 — свободу слова; статья 20 предусматривает обязательство запрещать пропаганду войны и расовой нетерпимости.

Статья 19 Пакта гласит:

“1. Каждый имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений.

2. Каждый имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору.

3. Пользование предусмотренными в пункте 2 настоящей статьи правами налагает особые обязанности и особую ответственность. Поэтому оно может быть сопряжено с некоторыми ограничениями, которые, однако, должны быть установлены законом и являться необходимыми

а) для уважения прав и репутации других;

б) для охраны национальной безопасности, порядка в обществе либо общественного здоровья и морали".

Африканская хартия прав человека и народов. Африканская хартия вступила в силу в 1986 г. Ее отличительной чертой является то, что она признает за правами народов такое же значение как за индивидуальными правами. Для целей применения Хартии создана Африканская комиссия по правам человека, и отдельным лицам предоставлено право обращаться в нее с жалобами. В тексте Хартии не говорится о защите свободы мнений; не говорится, во всяком случае прямо, и о праве искать и распространять информацию.

Статья 9 Хартии гласит:

“1. Каждый человек имеет право получать информацию.

2. Каждый человек в рамках закона имеет право выражать и распространять свое мнение".

Американская конвенция по правам человека. Американская конвенция, принятая в 1950 г., развивает Американскую декларацию о правах и обязанностях человека. Созданы Комиссия и Суд по правам человека. В ст.13 Конвенции содержится продуманная и убедительная формулировка, определяющая свободу слова:

“1. Каждый имеет право на свободу мысли и выражения. Это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати, или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору.

2. Пользование предусмотренным в предшествующем пункте правом не подлежит предварительной цензуре, однако предполагает последующую ответственность, которая четко устанавливается законом и вызвана необходимостью обеспечить:

а) уважение прав или репутации других;

б) охрану национальной безопасности, порядка в обществе, общественного здоровья или морали.

3. Свобода слова не может подвергаться ограничению косвенными методами или средствами, такими как злоупотребление правительственным или частным контролем в отношении полиграфической базы средств массовой информации, частот радиовещания, инвентаря или оборудования, используемого для распространения информации или любыми другими средствами, создающими препятствия для коммуникации и распространения идей и мнений.

4. Положения пункта 2 не исключают установления законом предварительной цензуры в отношении публичных развлекательных мероприятий с единственной целью регулирования доступа к ним для охраны нравственности детей и юношества.

5. Любая пропаганда войны и любая проповедь национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющие собой подстрекательство к противоправному насилию или иным подобным противоправным действиям, направленным против любого лица или группы лиц по любым основаниям, включая связанные с расой, цветом кожи, религией, языком или национальным происхождением, должны рассматриваться как преступления, караемые законом".

Европейская конвенция по правам человека. Конвенция Совета Европы о защите прав человека и основных свобод представляет собой наиболее проработанный региональный договор по правам человека. Выполнение Конвенции возложено на Комиссию, Суд и политический орган — Комитет министров государств-участников. Европейский суд по правам человека правомочен выносить на основании Конвенции решения, имеющие обязательную силу для государств-участников. Право искать информацию в тексте Конвенции прямо не выражено.

Статья 10 Европейской конвенции по правам человека предусматривает:

“1. Каждый имеет право на свободное выражение своего мнения. Это право включает свободу придерживаться своих мнений и получать и распространять информацию и идеи без вмешательства со стороны государственных властей и независимо от государственных границ. Настоящая статья не препятствует государствам устанавливать лицензионный порядок деятельности радио-, теле- и кинокомпаний.

2. Осуществление этих прав, поскольку оно налагает обязанности и ответственность, может быть подчинено формальностям, условиям и ограничениям, которые устанавливаются законом и которые необходимы в демократическом обществе для обеспечения национальной безопасности, территориальной целостности или безопасности общества, для предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально или для обеспечения авторитета и беспристрастия судебных органов".

Хельсинкский заключительный акт. Хельсинкским заключительным актом именуется итоговый документ Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) 1975 г. Этот документ не является договором, имеющим обязательную силу для сторон, но по своим условиям может быть предметом повторного рассмотрения и проверки на следующих конференциях. Заключительный акт провозглашает десять принципов, которыми должны руководствоваться государства во взаимных отношениях, и предусматривает три “пакета” более конкретных намерений, в том числе о “сотрудничестве в гуманитарных и других областях”. Пакт содержит разделы о содействии контактам между людьми, об улучшении распространения информации всех видов и об улучшении условий работы журналистов.

Хельсинкский заключительный акт послужил базой для развития целой сети неправительственных инициативных групп, контролирующих соблюдение его государствами. Члены Хельсинкской федерации публикуют регулярные доклады и осуществляют лоббирование на конференциях СБСЕ.

Вводя цензуру устного или печатного слова, оправдывая секретность или преследования инакомыслящих, власти ссылаются на разнообразные причины и основания. Подобные основания нередко бывают неправомерными — в том смысле, что международное право не признает их достаточными для установления ограничений, и являются лишь предлогом для подавления критики и инакомыслия либо маскируют другие незаконные цели.

Вмешательство в свободу иметь собственное мнение не может быть оправдано ни при каких условиях; однако ограничения свободы выражения этого мнения и доступа к информации в определенных обстоятельствах могут быть обоснованными. Решающим критерием является то, как запрет применяется: не ведет ли он к полному отказу от свободы слова во имя некоего конкурирующего права или интереса. Общий принцип может быть сформулирован следующим образом: “свобода — правило, ее ограничение — исключение”. Бремя доказывания обоснованности того или иного запрета должны нести установившие его власти, и должна быть предусмотрена возможность оспорить запрет посредством процедуры, независимой от исполнительной власти, такой, например, как судебное разбирательство.

Права других

Тезис о том, что свобода слова может быть ограничена в интересах защиты прав других, составляет наиболее бесспорное основание для применения цензуры и признается различными правовыми системами.

Диффамация и защита репутации. Диффамация — общепринятый юридический термин, которым обозначается правонарушение, состоящее в причинении вреда репутации или чести посредством произнесения слов или их публикации. Диффамация известна уголовным и гражданским кодексам многих стран мира. В одном из важных решений Европейского суда по правам человека (по делу Лингенс, 1986 г.) проводится различие между частным лицом и так называемой “общественной фигурой”, т.е. лицом, привлекающим к себе внимание общественности: политики и знаменитости должны проявлять большую терпимость к критике в их адрес, нежели рядовой обыватель. Однако такое разграничение (утвердившееся в американском праве) не получило общего признания. На деле все обстоит наоборот. Лица, занимающие высокое положение — президенты, монархи, главы государств, военачальники и судьи защищаются законами, устанавливающими уголовную ответственность, иногда вплоть до смертной казни, за критические высказывания в их адрес. Во многих странах законы о диффамации создают серьезные препятствия для работы средств массовой информации. Такие составы преступлений, как “оскорбление величества”, в том числе с распространением ответственности на деяния, совершенные в отношении уже умерших лиц, не соответствуют международным стандартам.

Приватность (Privacy). Privacy — общее понятие, которое с трудом поддается определению и переводу на другие языки и обычно выражается в таких терминах, как право на уважение частной жизни лица, его дома и корреспонденции. Именно в таком значении приватность признается международными документами о правах человека и некоторыми национальными законодательствами как фундаментальное право.

Хотя журналисты склонны игнорировать приватность, она в то же время является важным условием их расследований. Например, источники информации зачастую соглашаются беседовать с журналистами лишь тогда, когда чувствуют уверенность в том, что их инкогнито не будет раскрыто. Совершенно так же в случаях, когда средства коммуникации контролируются, люди остерегаются свободно разговаривать или писать из боязни, что их частные письма прочитываются, а разговоры подслушиваются правительственными агентами. В Великобритании суд может обязать журналиста раскрыть источник информации, тогда как в Швеции иммунитет журналиста защищается в полной мере.

Интересы общества

В международных договорах отсутствует ссылка на “интересы общества”. Категория интересов общества используется как властями, ратующими за введение цензуры, так и защитниками свободы слова — каждым со своих позиций для подкрепления их высшими политическими соображениями. Вопрос о раскрытии информации, “имеющей общественный интерес”, стал новой и важной темой широкой дискуссии. Отказ от предания гласности такой информации, по мнению Европейского суда по правам человека, допустим лишь в случае, когда убедительно доказано, что ее сокрытие вызвано острой социальной необходимостью.

Оправдания официальных органов по поводу закрытости каких-либо сведений часто воспринимаются скептически. Нередко в категорию информации, раскрытие которой угрожает интересам общества, зачисляются сведения, разглашение которых может поставить в затруднительное положение отдельных членов правящей элиты.

Обеспечение
национальной безопасности

Обеспечение национальной безопасности — наиболее распространенный довод в пользу установления цензуры и секретности. В точном смысле слова под обеспечением национальной безопасности подразумевается защита страны от угрозы для ее политической и экономической независимости, территориального и юридического суверенитета, культурных ценностей и образа жизни, исходящей от других государств. Когда действия других государств представляют реальную угрозу или когда существует вероятность такой угрозы, секретность, окружающая систему национальной обороны от вражеского нападения или вторжения и от действий иностранных разведывательных служб, часто оправдывается соображениями национальной безопасности.

Однако различные мнения о том, какие именно элементы следует рассматривать как основополагающие для независимости нации и самого ее существования, далеко не совпадают. На национальную безопасность ссылаются, желая предотвратить или задержать публикацию материалов, которые представляют потенциальную опасность для государственных чиновников, но могут не иметь отношения к обороне.

Законодательство о национальной безопасности может повлечь за собой далеко идущие последствия и затронуть фундаментальные свободы. Например, желающим выехать из страны отказывают в разрешении или выдаче паспорта под тем предлогом, что ранее они были ознакомлены с государственными секретами. Национальной безопасностью мотивируют запрещение общаться с иностранцами (особенно журналистами) на том основании, что может произойти утечка информации, которой воспользуется вражеское государство.

Все возрастающие трудности, с которыми сталкиваются многие правительства при осуществлении контроля за информацией, засекреченной по основаниям национальной безопасности, приводит к созданию систем строгой секретности. В Соединенных Штатах Америки Управление национальной безопасности предприняло попытку получить полномочия по засекречиванию документации, ранее находившейся в открытом доступе, и по проверке открытых баз данных без согласия их авторов, однако эта попытка не увенчалась успехом из-за решительных протестов общественности.

Обеспечение государственной безопасности. Термин “государственная безопасность”, в отличие от “национальной безопасности”, используется для обозначения защиты определенного государственного строя или формы правления. Угроза ей может исходить как извне, так и изнутри. Обеспечение государственной безопасности часто используется как предлог для оправдания цензуры взглядов и засекречивания информации, разглашение которой может привести к дискредитации членов правительства или поставить их в затруднительное положение. Так законы о государственной безопасности используются для предупреждения “клеветы” в адрес главы государства или главы вооруженных сил. Законы о внутренней безопасности создают правовую базу для подавления критики правительства.

Призыв к мятежу. Заговор с целью свержения правительства везде признается преступлением. Следует, однако, проводить различие между попытками незаконно свергнуть правительство насильственным путем и мирными усилиями добиться его расформирования. Во многих странах это различие игнорируется; тот, кто словом или делом убеждает в необходимости реформы, может быть подвергнут суровому наказанию — аресту, тюремному заключению, или даже смертной казни. Правовые определения, предусматривающие, что именно может, а что не может рассматриваться как призыв к мятежу, зачастую грешат опасной расплывчатостью. Известны примеры, когда хранение литературы, в которой якобы содержится призыв к мятежу, влекло за собой тюремное заключение. Политическая система, которая отрицает возможность мирной пропаганды ее преобразования, попирает свободу мнения и свободу слова.

Общественный порядок

Термин “общественный порядок” в английском языке (public order) подразумевает отсутствие беспорядка; однако соответствующий французский правовой термин (ordre public) имеет в виду более широкое понятие, подразумевающее принципы, лежащие в основе всей общественной структуры.

Поддержание общественного порядка ассоциируется с пресечением волнений и общественных беспорядков, но может быть использовано по произволу властей для блокирования мирных демонстраций или политических манифестаций. Нередко власти налагают запрет на отчеты в средствах массовой информации, мотивируя это интересами охраны общественного порядка.

Здоровье общества

Охрана здоровья общества часто фигурирует как условие, допускающее ограничения свободы слова, а также гарантий других фундаментальных прав и свобод. Эти ограничения относятся к числу признаваемых международным правом. Хорошо известный пример — контроль в отношении рекламы табака и алкоголя. Обязательные предупреждения о риске для здоровья, связанном с потреблением определенных продуктов (фармацевтические средства) или с определенным образом жизни (СПИД), и предписания, касающиеся сообщения потребителю информации об ингредиентах или о побочном действии лекарств, пищевых продуктов и т.п., представляют собой такую форму управления информацией со стороны государства, которую можно рассматривать как направленную на защиту интересов общества.

Общественная мораль

Забота о моральных устоях общества, нравственности и “добрых нравах” рассматривается международными стандартами по правам человека как оправданное основание для запретов. Однако подобные запреты можно налагать лишь при условии, что они “предусмотрены законом” и “необходимы”. Недопустимо установление запретов, направленных на подавление свободы выражения мнения меньшинства или “содействие созданию либо поддержанию предубеждения против меньшинства, даже если его мнение возмущает или шокирует большинство” (решение по делу Хендисайд, 1976 г.).

Типичные примеры ограничений — “непристойность” и “богохульство”, которые фигурируют в законодательствах многих стран. Главной целью здесь является забота о подрастающем поколении. Однако в разных культурах эта цель трактуется по-разному, что проявляется в попытках обосновать более широкое применение цензуры, чем только “вызванное необходимостью”. Во Франции в 1987 г. министр внутренних дел выдвинул предложение возложить надзор за общественной моралью не только на судебные, но также и на административные органы. В Индии государственное телевидение, включившись в кампанию “за поднятие морального уровня общества”, запретило женщинам, участвующим в рекламных передачах, “строить глазки”. Ссылка на общественную мораль часто используется при ограничении доступа в страну иностранной печатной продукции.

Имеются доказательства того, что в ряде стран правительства используют мотив общественной морали для ограничения свободы политического выражения и оппозиционных взглядов. В странах, где признается единственная политическая философия, стирается грань между нарушением общественной морали и выражением сомнений в адрес существующей политической системы. В Заире апелляция к “добрым нравам”, определяемым как стандарты “хорошего поведения”, широко применялась для подавления инакомыслия.

Непристойность. Термин “непристойность” подразумевает оскорбительные, неприличные и порнографические материалы. В 1964 г. судья Верховного суда США Стюарт признался в своей неспособности определить “непристойность”, добавив при этом: “Когда я ее вижу, я знаю, что это такое”. Это признание иллюстрирует те трудности, с которыми мы неизменно сталкиваемся при попытках привести к общему знаменателю правовые и этические определения слова “непристойный” и родственных ему слов. То, что рассматривается как “бесстыдное”, “грязное”, “отвратительное”, “противоестественное” одной культурой, другой может восприниматься как рядовое явление. Определения понятия “непристойный” доказали свою обескураживающую и опасную неопределенность, равно как и юридическую непригодность. Применительно к расплывчатой и постоянно меняющей свое содержание области морального консенсуса законы, регулирующие непристойность, выступают в качестве ложного средства защиты.

В Великобритании в 1976 г. комитет Вильямса констатировал: “Желая определить, каков тот уровень непристойности, при котором закон должен сказать свое слово, мы фиксируем стандарт, ориентированный на наши сегодняшние ощущения. Но этот стандарт может и не сохраниться к тому моменту, когда закон будет задействован; в этом случае ранее установленный стандарт окажется излишне жестким, и законодательная норма будет восприниматься как нелепая и одиозная”.

В 1987 г. в Великобритании был внесен на рассмотрение билль о распространении на телевидение законодательства о непристойных публикациях. Непристойность определялась в нем как “нечто крайне неприличное с точки зрения нормального человека”. Расплывчатость этой словесной формулы (в какой момент просто неприличное становится крайне неприличным?) вызвала опасения, что придется “урезать” новости и сообщения о текущих событиях, если они содержат детали, которые могут быть восприняты как неприличные. Критерий “нормального” или “цивилизованного” человека как лучшего судьи о том, что является непристойным, принят во многих странах; однако невозможно придти к общему соглашению о том, кого считать “разумным” или “цивилизованным” человеком.

Одной из первых жертв законов о непристойности во многих обществах становится искусство. Для одной нации художественное изображение Адама и Евы является эстетическим шедевром, тогда как по этическим и идеологическим канонам другой оно не более как непристойность. Равным образом книгу об индийской эротике в одной стране можно спокойно поставить на полку, а в другой все ее экземпляры подлежат сожжению.

Американской декларацией о правах человека допускается цензура публичных развлекательных мероприятий по соображениям охраны нравственности несовершеннолетних.

В ноябре 1987 г. американская Федеральная комиссия по коммуникациям постановила, что программы, отнесенные к категории “непристойных”, могут передаваться в эфир только в промежутке между полуночью и шестью часами утра. Это постановление внесло окончательную ясность в вопрос о применении ранее принятого решения, согласно которому “материалы, которые показывают или описывают в выражениях, явно оскорбительных с точки зрения стандартов, действующих в современном обществе применительно к радиовещанию, половые органы и органы выделения, а также половой и экскреторный акты”, определялись как неприличные.

Понятие “оскорбительный” может получить политическую интерпретацию. Заявляя о том, что материалы “оскорбительны и опасны для интересов общества”, правительство таким образом затыкает рот политической оппозиции.

Насилие. Во многих странах признается наличие связи между общественной моралью и изображением актов насилия. Однако аргументы, которые используются в дискуссиях о том, ведет ли показ насилия по телевидению и видео к росту насилия в обществе, опираются на ограниченные статистические исследования или на разноречивые заключения экспертов. Требования запретить показ насилия по телевидению, в том числе в репортажах о новостях, часто бывают “панической” реакцией на передачи о конкретных случаях массовых убийств, беспорядков и других проявлений насилия.

В некоторых странах политическое насилие интерпретируется властями столь широко, что на практике под это понятие подпадает выражение оппозиционных взглядов, не связанное с насилием. В Чили журналисты, которые обвинили вооруженные силы в применении репрессий, были подвергнуты судебному преследованию на основании закона, определяющего оскорбление как политическое преступление, связанное с насилием. Ряд югославских законов предусматривал “вербальные преступления”, не проводя разграничения между пропагандой насилия и просто пропагандой или выражением мнений. В Заире лидеры оппозиции были приговорены к тюремному заключению на основании закона, в котором говорится о “попытках свержения конституционного строя”, за ненасильственное выражение политического несогласия.

Языковая и культурная гегемония

Любая форма подавления культуры противоречит ст.27 Международного пакта о гражданских и политических правах, которая гласит: “В тех государствах, где существуют этнические, религиозные и языковые меньшинства, лицам, принадлежащим к таким меньшинствам, не может быть отказано в праве совместно с другими членами той же группы пользоваться своей культурой... или пользоваться родным языком”.

В ряде стран языковое и культурное доминирование этнических и лингвистических групп осуществляется с помощью цензуры и путем ущемления права на пользования родным языком. Это может привести к разрушению целостности отдельных языковых и культурных общин. В некоторых странах сокращается преподавание языков и диалектов и этническим группам отказывается в доступе к средствам массовой информации. В Турции пользование курдским языком может рассматриваться как уголовно наказуемое деяние; турецкие власти в свое время клеймили Болгарию за принудительную “болгаризацию” турок, доходившую до лишения их права на национальное самоопределение и замены их имен болгарскими. Официальная история, изучаемая в школах, может игнорировать требование таких групп на собственную ее интерпретацию. Исследование книжной цензуры, введенной израильскими властями на оккупированных территориях, показало, что запрещению подвергались те книги, которые воспитывают в палестинцах национальные чувства и традиции.

Расизм

В международном праве расизм рассматривается как явление, оправдывающее ограничение свободы слова постольку, поскольку он нарушает фундаментальные права других людей. Расовая группа — это любая группа лиц, определяемая их расой, цветом кожи или этнической принадлежностью. Статья 20 Международного пакта о гражданских и политических правах обязывает государства запрещать “всякое выступление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющее собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию”. Некоторые государства сделали оговорку в отношении этой статьи из-за ее противоречия принципу свободы слова.

Хотя осуждение проявлений расизма является частью международных стандартов по правам человека, включенных во многие конституции, и расизм объявляется вне закона национальными законодательствами, в том числе законами о печати, дискуссия о цензуре в отношении расизма продолжается. Существует мнение, что предпочтителен подход, при котором лица и группы, выступающие с расистскими проповедями, не лишаются права на доступ к средствам массовой информации: акцент должен быть перенесен с предварительной цензуры на строгую ответственность, наступающую после нарушения закона. Тем не менее, хотя за проявления расизма может быть установлена уголовная ответственность, существуют большие трудности, связанные с доказыванием преступления и возмещением ущерба, причиненного потерпевшим. Это показала двадцатилетняя практика применения законов против расизма во Франции.

Сексизм

Сексизм можно рассматривать как дискриминационную политику в отношении женщин или мужчин по признаку пола. Такая дискриминация зачастую проявляется в изображении роли и положения сексуальных групп в средствах массовой информации и по другим коммуникационным каналам. Конвенция о ликвидации дискриминации в отношении женщин (1981 г.) предусматривает “искоренение предрассудков и упразднение обычаев и иной практики, которые основаны на идее неполноценности или превосходства одного из полов или на стереотипе роли мужчин и женщин”. Как и в отношении расизма, многие считают, что недопущение сексистских публикаций (к числу которых теперь относят также непристойные или порнографические) является веским доводом в пользу цензуры и саморегулирования средств массовой информации, в то время как сторонники абсолютной свободы слова возражают, что такая цензура может в конце концов стать фактором, поддерживающим дальнейшее существование сексизма. Вопрос остается нерешенным.

Религиозная нетерпимость

Свобода иметь религиозные или атеистические убеждения подразумевает и свободу исповедовать или открыто выражать такие убеждения. Декларация ООН по вопросу о религиозной нетерпимости признает, что важной составляющей таковой свободы является пропаганда религиозного учения, его целей и верований. С этой точки зрения можно говорить об установлении цензурных ограничений в отношении индивидов или групп, придерживающихся ортодоксальных или неортодоксальных религиозных либо атеистических воззрений в случаях, когда они поставлены под официальный запрет или иным образом лишены возможности проповедовать свои религиозные или атеистические взгляды, например, с помощью распространения культовых предметов или религиозных публикаций. Преследования и дискриминация по признаку религиозной принадлежности продолжают оставаться в мире серьезной проблемой.

В Соединенных Штатах Америки в последние годы резко усилилась цензура книг и учебников по религиозным основаниям. В Пакистане содержание образовательных курсов должно соответствовать канонам политического и религиозного учения, поддерживаемым государством. В Мексике священнослужителям запрещено критиковать институты государства и действия правительства и не разрешено участвовать в избирательном процессе.

Ересь и богохульство. Ересь — это теоретическая доктрина или система религиозного мышления, отвергаемая официальными церковными авторитетами как ложная. Она определяется как опасное отклонение от истинной веры. В странах, где религия не отделена от государства, ересь рассматривается как правонарушение, влекущее уголовную ответственность. В Иране, например, церковь Бахаи считается еретической. В Египте приверженцы этой секты были оштрафованы и подвергнуты тюремному заключению по обвинению в том, что они “поддерживают идеи, которые не согласуются с богооткровенной верой, на которой основана система правления в Египте” и принадлежат к “отступнической религии”.

Богохульство, устное или письменное — бранное высказывание, унижающее или оскорбляющее Бога или религию. Во многих странах богохульство является уголовным правонарушением, но только если оно адресовано доминирующей религии, например, в Великобритании — христианству, в Пакистане — исламу. В Аргентине в 1986 г. судья запретил показ спорного французского фильма “Привет тебе, Мария!”. Церковь сочла его “богохульным”, а неизвестная группа угрожала взорвать кинотеатр, в котором должен был состояться его показ. Неоднозначное отношение к цензуре этого фильма было и в самой Франции.

Пропаганда

Пропаганда войны. Статья 20 Международного пакта о гражданских и политических правах устанавливает, что “всякая пропаганда войны должна быть запрещена законом”. Однако как в международном праве, так и в национальных правовых системах отсутствует устоявшееся определение пропаганды. По мнению экспертного комитета по правам человека Совета Европы в отсутствие такого определения правовые запреты могут привести к злоупотреблениям.

Правительственная пропаганда. Термин “пропаганда” иногда применяют ко всякой информации, исходящей от правительства, и он вполне уместен, если информация по своей форме небеспристрастна. На правительстве лежит обязанность информировать общество о своей деятельности и политике и о вопросах, имеющих общественное значение, таких, как состояние здоровья общества.

Правительственная пропаганда обычно выражает официальную политическую или религиозную идеологию; несогласные или несовпадающие с ней точки зрения изображаются как “антиправительственная пропаганда”.

Министерство пропаганды — принадлежность правительства во многих странах. Часто оно объединяется с собственными структурами правящей партии и используется для пропаганды идей через органы государственной власти. В США закон о регистрации иностранных агентов предусматривает, что любой фильм, снятый при содействии иностранного государства, должен рассматриваться как пропаганда, если есть основания расценивать его как “обслуживающий иностранный интерес”.

Необъективность средств массовой информации. Сознательное манипулирование новостями и информацией в интересах правительства, расовой группы, идеологии или конкретного лица может проявляться в ограничении доступа к средствам массовой информации для политических, социальных или этнических групп; в перестановке акцентов, призванной подчеркнуть либо затушевать определенные события или факторы; в давлении на журналистов, которое создает угрозу беспристрастности в освещении событий. Мишенью для нападок часто избирается телевизионный показ событий, поскольку телевидение является, с одной стороны, наиболее доступным средством массовой информации, а с другой — наиболее мощным орудием, которое позволяет правительству с помощью цензуры манипулировать общественным мнением, избегая при этом нежелательной огласки. В то же время многие правительства проявляют особую чувствительность в тех случаях, когда освещению взглядов оппозиции отводится слишком много эфирного времени.

В Великобритании в соответствии с законом о радиовещании 1981 г. государственное радио обязано обеспечивать “должную беспристрастность со стороны лиц, ведущих программы, при освещении спорных политических вопросов и вопросов текущей политики”. Впрочем, большинство средств массовой информации не связаны основанным на законе обязательством быть беспристрастными.

В Испании в 1987 г. особое негодование вызвало недостоверное освещение государственным телевидением референдума о вступлении страны в НАТО. В Ирландии оппозиционная партия Шин Фейн лишена доступа к радиовещанию из-за своих связей с Ирландской республиканской армией (ИРА) под тем предлогом, что появление в эфире представителей этой партии может побудить к насилию.

На международном уровне страны часто обвиняют зарубежные радиостанции в несбалансированном освещении событий. Так, правительство Малайзии потребовало, чтобы его агентство новостей — единственный распространитель новостей, поступающих от иностранных агентств, исправляло новости, поступившие из развитых стран, и “необъективные” отчеты о событиях в третьем мире. Те же соображения легли в основу запрещения властями Сингапура журналов Time и Asian Wallstreet Journal в 1986 и 1987 гг.

Дезинформация. Дезинформация состоит в намеренном распространении ложной или вводящей в заблуждение информации в целях оказания влияния на восприятие людьми тех или иных ситуаций либо событий и создания атмосферы соглашательства, недоверия или страха. Техника дезинформации используется агентами правительства или легальных либо нелегальных оппозиционных групп, заинтересованных в сохранении или изменении существующего положения. В 1986 г. французские власти предложили создать Исследовательский институт для изучения стратегии умышленной дезинформации в отчетах журналистов, пишущих на военные темы.

Авторское право и интеллектуальная собственность

Согласно Всемирной конвенции по авторскому праву, авторское право — это охраняемые внутри страны и за рубежом правомочия авторов по контролю за копированием и другим коммерчески значимым использованием авторских произведений (литературных, музыкальных, драматических, изобразительного искусства), некоторых объектов, воспроизведенных техническими средствами (звукозаписей, кинофильмов, книжных изданий) и электронных объектов восприятия (радиопередач, кабельных программ и компьютерного программного обеспечения).

Как правило, в отношении каждого типа охраняемых произведений закон допускает определенные формы “добросовестного обращения” с чужим произведением или его некоммерческого использования без разрешения автора. В Великобритании, например, суд не может наложить запрет на вменяемое в вину нарушение авторского права, если установит, что общественный интерес в получении доступа к информации перевешивает интерес собственника авторского права в прекращении неразрешенного использования. Другие формы охраны интеллектуальной собственности включают патенты, которыми охраняются изобретения, и нормы о коммерческой тайне (представляющие собой усовершенствованную разновидность права о нарушении доверия).

Конфиденциальность

Распространение принципа нарушения доверия на информацию, полученную или изученную в связи с работой по найму в частной или государственной организации, явилось еще одним вызовом принципу свободы информации и свободы печати.

На гражданских служащих, так же как на работников частного сектора, нередко возлагается по договору обязательство соблюдать секретность и служебную тайну. Обязательство воздерживаться от передачи информации распространяется на сведения, касающиеся политики, деятельности, планов, источников снабжения, изобретений, а также на личное досье сотрудников. Мотивы включения в договор условия о конфиденциальности или о секретности варьируются в зависимости от того, к кому обращено требование. Гражданские служащие могут быть связаны “государственной тайной” или лежащим на государственных органах обязательством перед гражданами не разглашать информацию личного характера и сохранять конфиденциальный характер их обращений. Будучи обусловлено индивидуальным договором, обязательство, повидимому, отпадает после оставления работы. Условие конфиденциальности в некоторых случаях вступает в конфликт с тем, что объявляется интересом общества. Суды Великобритании и Австралии признают, что интерес общества в раскрытии преступлений перевешивает обязательство конфиденциальности. В США прочно утвердилась законодательная практика, ограждающая от применения договорных санкций работников, сигнализирующих о незаконной деятельности в сфере частного бизнеса.

Коррупция

Цензура часто используется для того, чтобы воспрепятствовать журналистским расследованиям, направленным на разоблачение коррупции или злоупотреблений в государственных либо финансовых учреждениях. Для того, чтобы остановить расследование, против журналистов используют законы о диффамации, а нередко расследование злоупотребления служебным положением в целях личного обогащения кончается убийством, арестом или высылкой журналиста. В апреле 1986 г. два английских журналиста были высланы из Индонезии после того, как газета Sunday Morning Herald опубликовала их репортаж о коррупции в самых высоких сферах. В ноябре 1986 г. индонезийскими властями были запрещены три выпуска Asian Wallstreet Journal, содержащие аналогичные выводы.

Особые ситуации

Чрезвычайное и военное положение. Международные стандарты допускают, что в случае международного вооруженного конфликта в стране может быть установлен режим цензуры, равно как и ограничены другие права. Этот режим может заключаться не только в контроле над средствами массовой информации, но и в цензуре других форм выражения мнений или даже всей корреспонденции. Свобода слова и свобода мнения часто становятся первыми жертвами особого регулирования в период чрезвычайного или осадного положения.

Серьезную озабоченность вызывает то обстоятельство, что в государствах, где правительством объявлено чрезвычайное положение, цензура призвана облегчить проведение репрессивных мероприятий, поскольку она снимает какой бы то ни было надзор или контроль за действиями сил безопасности, функцию которого в отсутствие цензуры выполняют сигналы независимой прессы об арестах, столкновениях, обращении с гражданскими лицами и т.п. Объявление чрезвычайного положения рассматривается в международном праве как особое обстоятельство, допускающее ограничения некоторых прав, но только те ограничения, которые четко обозначены в законе и которые не нарушают основных прав человека.Однако зачастую такие меры принимаются только для того, чтобы устранить оппозицию правительственной политике. Чрезвычайное положение не предполагает с неизбежностью автоматического введения цензурных полномочий. Например, в Северной Ирландии чрезвычайное положение (отмененное в 1984 г.) не сопровождалось цензурой новостей, передаваемых из этого региона.

Чрезвычайное положение может сохраняться длительное время и после того, как отпала вызвавшая его причина. В Египте президент страны до сих пор сохраняет чрезвычайные полномочия, в том числе касающиеся цензуры писем, публикаций и изображений, конфискации печатающих устройств или закрытия типографий и запрещения массовых митингов и шествий, хотя соответствующее законодательство было принято в 1981 г. после убийства президента Садата. В период чрезвычайного положения правительства часто пересматривают законодательство применительно к тому уровню напряженности, который, с их точки зрения, существует в стране. В Чили в период между ноябрем 1984 г. и маем 1985 г. был наложен запрет на все сообщения о текущих событиях, которые могли “вызвать тревогу”, и к тому же были запрещены шесть еженедельников. На Фиджи в 1987 г. журналисты подвергались аресту на основании крайне жестких постановлений о чрезвычайном положении. Во многих странах объявление чрезвычайного положения ведет к созданию “чрезвычайных зон”, где деятельность журналистов ограничивается или запрещается.

Предвыборный период. Во время предвыборной кампании правящие партии наиболее склонны к болезненной реакции на осуществление оппозиционными партиями гарантированной им свободы слова. Доступ их к радиовещанию и к радиостанциям часто затрудняется, а то и вовсе исключается, а эфирное время, предоставляемое партиям, распределяется непропорционально в пользу правящей партии. Европейская комиссия по правам человека пришла к единодушному мнению о том, что нет оснований говорить о “полном и неограниченном праве” какой-либо отдельной партии на доступ к эфирному времени, но отметила также, что “отказ в эфирном времени для определенных групп и лиц все-таки иногда имеет место... например, когда во время предвыборной кампании одна политическая партия отстраняется от радиовещания, в то время как другие получают эфирное время”.

Законы о печати

Законы о печати — это комплекс законодательных норм, которые определяют правила, касающиеся прессы, издательской деятельности и электронных средств массовой информации. Такие законы часто определяют права и обязанности журналистов. Существование законов о печати само по себе не означает вторжения в свободу слова: международные стандарты прямо предусматривают понятие ответственности при осуществлении свободы слова. Однако злоупотребление законами о печати под предлогом содействия свободе прессы получило повсеместное распространение.

Содержание законов о печати варьируется от страны к стране. В Чехословакии в пятидесятые годы закон о печати устанавливал, среди прочего, что миссия средств массовой информации состоит в содействии воспитанию народа в духе социализма. Румынское законодательство о печати предусматривало жесткий контроль за всеми сторонами журналистской и издательской деятельности; среди установленных законом обязанностей журналиста фигурировал долг “воспитывать любовь к партии”. Венгерские законы о печати требовали, чтобы все журналисты входили в профессиональную журналистскую организацию. В Турции законодательство о печати предусматривает, что журналист должен получить сертификат. В выдаче сертификата может быть отказано тем журналистам, которые ранее привлекались турецким судом к ответственности, а это — нередкий случай для страны, где журналисты подвергаются преследованиям за свою деятельность. В египетском законе о печати 1980 г. выражение несогласия с господствующей идеологией, равно как пропаганда сопротивления и ненависти к институтам государства отнесены к уголовным правонарушениям, а в Заире законодательство о печати содержит требование о предварительном разрешении в отношении всех газет и периодических изданий.

Предварительная цензура

Цензура в ее классической форме предполагает необходимость получения предварительного разрешения на публикацию и широко известна как предварительная цензура. Предварительная цензура включает любые процедуры, как формальные, так и неформальные, которые ставят публикацию под запрет; она противоположна ответственности за содержание газеты, книги или программы, наступающей после их выхода в свет и основанной на общем законе. Предварительная цензура, практикуемая во многих странах, несовместима с нормальным применением свободы слова и средств массовой информации.

Важной формой предварительной цензуры является дача обязательных указаний государственными органами издателям, редакторам и т.п. Эти руководящие указания могут принимать разнообразную форму — от обязательных или рекомендательных документов до простых предостережений или просьб, высказываемых лично или по телефону.

Неформальные и консультативные методы применяются в странах, где члены правительства поддерживают личный контакт с редакторами, рассчитывая таким образом оказывать влияние на содержание издания в настоящем и в будущем. Во многих странах официальные требования относительно освещения событий подкрепляются требованием иметь лицензию или разрешение на выход в свет либо государственным контролем над полиграфической базой или рекламой; путь и к тому, и к другому может быть перекрыт, если газета не выполняет “советов”.

Часто перечни, содержащие точные указания относительно предметов, запрещенных к публикации (речь не идет о государственной или служебной тайне), недоступны для общего сведения, и редакторам остается только гадать, что может, а что не может быть рекомендовано к печати. Такие предписания, касающиеся содержания, связаны с тем, что государство чувствует своим долгом воспитание преданности правящей партии. Формальные инструкции, исходящие от государственных органов, издаются в Великобритании, Австралии и Канаде. Эти инструкции охватывают все виды сведений, которые правительство относит к национальной безопасности. Обычно такого рода информация включена в специальный перечень, и редакторы и издатели обязаны воздерживаться от ее публикации.

Последующая цензура

Последующая цензура имеет место в период от первоначальной публикации материала или выхода его в эфир до его распространения или трансляции. Она может включать любые предусмотренные законом меры в отношении материала, который к этому моменту уже стал общим достоянием: запрещение, сожжение, засекречивание или конфискацию книг или визуальных материалов (рисунков, фотографий, фильмов, видеозаписей) или конфискацию технических средств, с помощью которых он был создан (пишущих машинок, фото- и видеокамер, звукозаписывающих устройств и т.д.). Она может включать также жесткое или произвольное применение против журналистов, писателей и иных лиц норм о диффамации и других правовых норм.

Закрытие. Меры, предпринимаемые против радио- и телевизионных станций, издательств или газет для того, чтобы лишить их возможности дальнейшего распространения материала, могут осуществляться в порядке как предварительной, так и последующей цензуры. По данным Комитета защиты журналистов, например, в 1987 г. постановления об окончательном или временном закрытии были вынесены властями в адрес 35 средств массовой информации в 14 странах.

Запрещение организаций. Свобода ассоциации подразумевает свободу объединяться с другими для выполнения широкого спектра целей, будь то цели социальные, литературные, научные, культурные, политические, религиозные или иные. Эта свобода дополняется свободой собраний, предусматривающей, что люди могут мирно собираться вместе как публично, так и частным образом. Оба эти права подлежат защите на основании ст.ст.21 и 22 Международного пакта о гражданских и политических правах и могут быть ограничены только по мотивам национальной безопасности, общественного порядка, здоровья и морали общества, а также для защиты прав других.

Если организация рассматривается правительством как оппозиционная, она зачастую подпадает под запрет безотносительно к тому, имеет ли ее деятельность насильственный или ненасильственный характер.

Запрещенным организациям может быть отказано в доступе к средствам массовой информации; отчеты средств массовой информации, в которых выражается сочувствие таким организациям, могут подвергаться цензуре, а опубликовавшие их журналисты — санкциям за “попустительство терроризму”.

Запреты в отношении отдельных лиц. Запретительные постановления, лишающие индивида свободы слова и препятствующие ему заниматься определенной профессией, являются крайней цензурной мерой, но не столь уж редкой. Такие запреты могут сопровождаться запрещением ссылаться на этих лиц, цитировать их в какой бы то ни было форме или запрещением их встреч с другими лицами. Законы о предотвращении терроризма часто предоставляют правительствам право устанавливать ограничения или запреты, касающиеся передвижения лиц или их деятельности в политической организации, союзе или органе, членами которых они являются; они могут быть лишены права участвовать в политической деятельности или выступать на публичных собраниях. Запретительные постановления нередко связаны с интернированием.

Экономическое давление.

Экономическое давление на средства массовой информации со стороны правительства или носителей частных интересов является серьезной и постоянной формой вмешательства в свободу слова. Выживание большинства независимых газет, радио- и телевизионных станций в значительной мере зависит от поступлений от рекламы, и потому угрозы правительства или частных рекламодателей перекрыть этот источник финансирования приводят к тому, что такие средства массовой информации либо поддаются давлению, либо их деятельность парализуется.

Государственная монополия на бумагу и другие материалы, необходимые для жизнедеятельности средств массовой информации, может быть с успехом использована для того, чтобы форсировать прекращение деятельности неугодного средства массовой информации.

Концентрация СМИ
и собственность

Во всем мире наблюдается усиливающаяся концентрация собственности на печатные и электронные средства массовой информации. Комитет по правам человека ООН прокомментировал и этот процесс под углом зрения свободы слова. Небольшое число мощных организаций может поделить национальный и международный рынки информации. В ряде стран частная собственность организаций на СМИ ограничивается, с тем чтобы издания не становились слишком крупными и сохранялась конкуренция. Бремя доказывания того, что концентрация может затронуть интересы общества, по общему правилу лежит на той стороне, которая против нее возражает. Концентрацию СМИ часто оправдывают на том основании, что это единственный коммерческий путь, который может обеспечить дальнейший прогресс и развитие материальной базы средств массовой информации. Концентрация собственности сопряжена с опасностью сужения спектра мнений, доступного общественности; с тем, что эти мнения могут отражать интересы собственников, что ценности журналистики могут быть принесены в жертву коммерческим интересам, что в отсутствие конкуренции уровень журналистики может снизиться. Наибольший риск это представляет с точки зрения уровня, широты и качества обсуждения вопросов, привлекающих внимание общества.

В некоторых странах ведущие газеты находятся в собственности небольшого числа лиц или влиятельных семейств, тесно связанных с политическими партиями.

Аналогичная опасность возникает, когда весь массив средств массовой информации находится в собственности государства или правящей партии. Контроль принимает разные формы: от мягких и гласных “указаний” до использования средств массовой информации как рупора правящих партий или индивидов. Дискуссии по общественным или политическим проблемам либо представляют собой инсценировку, либо придают реальным проблемам желательную окраску.

Методы саморегулирования

Органы самоуправления. Во многих странах созданы советы или комитеты средств массовой информации, имеющие целью поддерживать свободу печати через саморегулирование. Одной из задач таких органов является выработка и обеспечение высоких профессиональных и коммерческих стандартов, рассмотрение претензий и отслеживание ограничений на информацию, имеющую общественный интерес и общественную значимость. Успех деятельности таких органов зависит от доверия к ним со стороны правительственных органов, общественности, журналистов, управляющего звена и собственников всего массива национальной прессы. В странах, где такие органы отсутствуют, саморегулирование, тем не менее, также может иметь место. В однопартийных государствах членство в официальных СМИ часто доступно только для членов или сторонников правящей партии; это влечет за собой установление общих профессиональных целей и таким образом уменьшает необходимость открытого государственного вмешательства в деятельность средств массовой информации. В Ираке, например, доступ на курсы журналистики открыт только членам правящей партии.

Самоцензура. Термин “самоцензура” используется для описания разнообразных причин, в силу которых журналисты, писатели и издатели сами изымают информацию или воздерживаются от ее публикации, хотя при отсутствии таких причин они сочли бы ее пригодной для опубликования. Когда редактор или журналист, имеющий возможность выбора, чувствует себя обязанным не публиковать материал или не поступать в соответствии со своими убеждениями или симпатиями — это и есть самоцензура. Ее следует рассматривать как важную и общераспространенную категорию цензуры. Она действует на разных уровнях; зачастую ее трудно идентифицировать или увидеть. Во многих странах отчеты прессы составляются с пониманием того, что освещение деликатных вопросов должно быть сведено к минимуму или вовсе опущено, а критика должна быть умеренной. Такая податливость может быть продиктована угрозой увольнения, ареста, закрытия, а для иностранных журналистов — угрозой высылки или отказа возобновить разрешение на работу в стране. Низкая оплата труда также содействует самоцензуре. Приобретению журналистских симпатий способствуют прибавки к зарплате или подарки от правительства.

Ограничения на поиск и получение информации

Контроль за поступлением информации в средства массовой информации. Контроль, ограничение и недопущение передачи информации от государственных и частных органов к журналистам и другим исследователям осуществляется разнообразными средствами% в их числе издание официальных пресс-релизов и проведение санкционированных брифингов; засекречивание и перезасекречивание информации; возложение на государственных чиновников обязательства “пожизненного” хранения служебной тайны; ограничение ввоза и вывоза публикаций и фильмов; отказ или ограничения в выдаче виз и разрешений на передвижение внутри страны и из одной страны в другую, в доступе к официальным или неофициальным источникам, в возможности обращения к независимому содействию на местах; ограничения при передаче новостей главным агентствам и бюро новостей.

Пять главных международных агентств новостей — Associated Press, United Press International, Reuters и Agence France-Press, а также ТАСС сосредоточивают сбор и распространение основной массы международных новостей. Шестое агентство, Inter Press Service, сознательно избрало линию, отличную от той, которой придерживаются более крупные агентства, критикуемые за то, что они нацелены на информацию и идеи, связанные с развитыми странами, и занимается сбором информации и новостей, относящихся к экономическому и социальному развитию, используя для этого главным образом местных корреспондентов. Региональные агентства новостей — это Синьхуа (Агентство новостей Нового Китая), Pan African News Agency, Organization of Asian News Agencies, Union of Arab News Agencies и Caribbean News Agency.

Национальные агентства новостей зачастую тесно связаны со своими правительствами и склонны регулировать поступление во внешний мир сообщений о внутренних делах в зависимости от общего направления официальной политики.

Ограничения на
распространение информации

Распространение информационных материалов во многих странах затруднено не только в силу законодательных запретов, установленных правительством для своих граждан, но также из-за издержек, связанных с распространением. Информация может быть сконцентрирована в столицах и больших городах и недоступна в сельских районах. Современная техника не только несет с собой большие возможности для распространения информации; ее сложность и высокая стоимость приводят к сосредоточению контроля за таким распространением в руках немногих стран и их компаний. Помощь развивающимся странам в формах, обеспечивающих развитие их информационно-технических ресурсов, — явление чрезвычайно редкое.

Газетная бумага. Органы, осуществляющие монопольный контроль над производством газетной бумаги и оборудования, необходимого для издательской деятельности, зачастую используют этот контроль для того, чтобы добиться прекращения какого-либо издания. В Гане, например, Министерство информации контролирует поставку и распределение почти всех видов необходимого средства массовой информации оборудования и материалов — от бумаги до телефонов и пишущих машинок. Это ставит журналистов в зависимость от отношения к ним со стороны властей. При любой критике в адрес правительства источники снабжения легко могут быть перекрыты. В Мексике Министерство внутренних дел обладает монополией на производство газетной бумаги; оно контролирует всю печатную продукцию — газеты, журналы и книги — через специальную комиссию и выдает сертификаты на печатание. Весь импорт соответствующего оборудования подлежит лицензированию. В некоторых африканских странах ссылка на дефицит бумаги, который действительно существует, привлекается для оправдания того, что законодательные акты, имеющие непосредственное отношение к правам человека, в том числе конституции, не опубликованы. Контроль за своевременным и достаточным снабжением газет бумагой приводит к тому, что многие из них, и крупные, и мелкие, сталкиваясь с угрозой прекращения деятельности из-за отсутствия бумаги, предпочитают прибегать к самоцензуре.

Пишущие машинки. Чтобы исключить все возможности для выражения оппозиционных мнений, правительства налагают ограничения на пользование пишущими машинками. Так, в Румынии декрет 1983 г. предоставлял властям право решать, кто может владеть пишущей машинкой, а кто не может. Велся реестр собственников пишущих машинок, а ремонт индивидуальных пишущих машинок мог осуществляться в специальных мастерских. Никто не мог приобрести пишущую машинку, не имея соответствующего разрешения полиции. В Ираке ввоз пишущих машинок (а также принтеров) возможен только после получения разрешения службы безопасности. Если иностранец приезжает в Ирак, имея при себе пишущую машинку, ее номер проставляется в его паспорте.

20 февраля 1987 г. совещание СБСЕ в Вене, рассматривая вопрос о выполнении Хельсинкского заключительного документа, обсудило предложение об отмене всех ограничений на владение и пользование пишущими машинками в каждой из стран, подписавших Заключительный документ.

Фотокопировальные устройства. После изобретения фотокопировальных устройств размножение и, соответственно, распространение письменных материалов значительно упростилось для тех, у кого есть доступ к такой аппаратуре. Зачастую копии материалов, задержанных цензором, получают широкое распространение именно благодаря использованию фотокопировальных устройств. В ряде стран частные организации могут получить лицензию на фотокопировальные устройства и множительные аппараты только с большим трудом.

Иногда фотокопирование является единственным и последним средством, с помощью которого мир получает информацию о грубом попрании прав человека. Так было в Кампучии, где массовые убийства были документированы самими преступниками, и фотокопии этих документов (сделанные с риском для жизни и при прерывающемся электрическом освещении) явились важным свидетельством зверств.

Ограничения циркулирования информации. Когда не удается предотвратить выход публикации в свет, власти все же могут контролировать и ограничивать ее распространение. Разумеется, на объем распространения книг или газет влияют не только меры, предпринятые властями; существующие в стране цены на литературную продукцию или нищета являются более важными факторами.

В ряде стран в конституцию включены положения, в которых подчеркивается важность свободного распространения информации. Так, в Гондурасе закон устанавливает, что “тот, кто прямым или косвенным образом ограничивает коммуникацию и распространение идей, несет ответственность по закону”. На практике, однако, такие гарантии часто игнорируются.

Предварительная цензура газет, когда, например, копия должна быть передана цензору перед публикацией, может надолго задержать выход в свет и распространение “горячих” новостей. Тактика затягивания со стороны цензоров вынуждает газеты (в особенности ежедневные) терять время и деньги и может парализовать их продажу.

Во многих странах ограничивается распространение иностранных публикаций. Министры могут запрещать продажу и рассылку публикаций и изданий, не прибегая для этого к судебной процедуре.

Устное слово. Выражение “свобода слова” символизирует свободу всех типов выражения через средства массовой информации, в том числе использующих печатное слово, но и применительно к устной коммуникации строгая цензура — явление общераспространенное. Во многих странах высказывания, допускаемые в тесном частном кругу, не могут прозвучать в публично произносимых речах. Индивиду вообще может быть запрещено выступать с публичными речами — временно или постоянно, либо такие речи должны выправляться в духе официальной политики. В США федеральные служащие обязаны представлять на предварительный просмотр речи, в которых может содержаться ссылка на разведывательные данные. В Югославии закон устанавливал ответственность за “вербальные преступления”, в том числе за распространение “ложных новостей”. В соответствии с кенийским законом о подстрекательстве к мятежу лицо может быть привлечено к ответственности за одни только высказывания. В Южной Африке ссылка на членов запрещенных организаций в публично произнесенной речи составляла уголовно наказуемое правонарушение.

Корреспонденция. Перлюстрация почтовых отправлений составляет нарушение права на частную сферу в смысле ст.8 Европейской конвенции по правам человека и ст.12 Всеобщей декларации прав человека. В Индии принятое в 1986 г. дополнение к закону о почте предоставляет центральному правительству и правительствам штатов неограниченные полномочия по перлюстрации и задержанию любых почтовых отправлений. В Дании конституция запрещает любое нарушение частной сферы, за исключением особых обстоятельств, при наличии которых соответствующие меры могут быть приняты только с разрешения судьи; получение такого разрешения обусловлено строгими критериями.

Телефонные коммуникации. Борьба с противниками правительственной политики может осуществляться без применения прямых превентивных действий, таких как арест и тюремное заключение, а с помощью методов наблюдения и средств цензуры, создающих атмосферу страха и подозрительности. В Малайзии на основании закона о внутренней безопасности специальный отдел осуществляет неограниченные полномочия по наблюдению за “подозрительными лицами” и прослушиванию их телефонов. В США в 1981 г. президент Рейган издал приказы, расширяющие полномочия ЦРУ и ФБР по применению наблюдения внутри страны. Доказательства незаконного наблюдения за политическими группами в США в предшествующие годы уже стали известны благодаря Закону о свободе информации.

Тюрьмы и другие места содержания под стражей. Европейский суд по правам человека пришел к выводу, что заключенный имеет такое же право на неприкосновенность своей корреспонденции и рукописей, как и лицо, находящееся на свободе, и высказался в поддержку свободного осуществления таких коммуникаций, даже если они имеют целью последующую публикацию. Любое вмешательство в эти коммуникации допустимо лишь при наличии предусмотренных законом оснований. В 1975 г. Европейский суд по правам человека посчитал, что воспрепятствование кому-либо начать переписку составляет наиболее недопустимую форму “вмешательства” в осуществление права на уважение его корреспонденции. Подобным же образом отказ в доступе к газетам и другим средствам массовой информации рассматривается как нарушение прав заключенного.

Собрания и демонстрации. Один из аспектов права на свободу ассоциации, как оно гарантировано ст.20 Всеобщей декларации прав человека, — это право собираться в частном порядке или публично для того, чтобы пропагандировать поставленные объединением цели и получать поддержку. В Чехословакии несколько раз прекращались собрания членов правозащитной организации Хартия 77, проводившиеся в частных жилых помещениях.

Бывает, что политические митинги или пресс-конференции запрещаются или просто разгоняются силами безопасности, а на средства массовой информации оказывается давление, с тем чтобы они не освещали или приуменьшали значение этих неприятных событий. Так, в Южной Корее в 1987 г. антиправительственные демонстрации попали в разряд событий, относительно которых газетам было предписано проявлять сдержанность при их освещении. На Гаити и в Южной Африке, если демонстрации и разрешались, журналистам, в особенности кинооператорам, не давали возможности их освещать, применяя для этого такие средства, как физическое насилие, арест и судебное преследование.

Сотрудники средств
массовой информации

Редакторы и продюсеры. Решения редакторов и их политика играют главную роль при определении того, какие темы освещаются прессой и какие именно журналисты их освещают. Естественно, что редакционная политика отражает определенную политическую или экономическую установку или точку зрения; потому редакторское усмотрение нередко принимают за скрытую цензуру. Вместе с тем можно найти немало примеров прямого вмешательства со стороны собственника или государства в редакционную политику. Это особенно заметно в тех случаях, когда государство контролирует назначения на редакционные посты.

Журналисты. Во многих странах доступ журналистов к информации регулируется путем регистрации, аккредитации или выдачи разрешений. Этические кодексы журналистов, имеющие целью поддержание профессиональных и этических стандартов, нередко включают обязательство защищать принцип свободы и независимости прессы.

В силу самого характера своей работы журналисты являются для цензуры главной мишенью, и против них применяется целый набор мер и действий, которые можно охарактеризовать как цензурные.

Увольнения. Имеются многочисленные примеры, когда журналисты лишались работы и возможности трудоустройства из-за того, что они выполняли свой профессиональный долг. Журналистов увольняли за выражение политических взглядов, за критику правительства, за выражение сомнений по поводу официальной оценки событий, за уклонение от официальной линии. Между 1975 и 1980 годами в Южной Африке от 600 до 700 журналистов потеряли работу из-за того, что выступали с требованием предоставить прессе большую свободу. В Польше в 80-е годы около 1000 журналистов потеряли работу; как многие другие, они подвергались увольнению после того, как в стране было введено военное положение.

Опасные задания. В последнее время усилилось признание того, что журналистика стала опасной профессией и что журналисты, когда они освещают вооруженные конфликты, такие как войны, проявления терроризма и гражданские беспорядки, попадают в опасные для жизни ситуации. Попытки обеспечить журналистам более серьезную защиту были предприняты как на международно-правовом уровне, так и посредством неправительственных инициатив. 8 июня 1977 г. Дипломатической конференцией был принят Протокол 1 к ст.79 Женевской конвенции “О мерах по защите журналистов”. В 1985 г. Международный комитет Красного креста создал свою “горячую линию” связи для помощи журналистам, выполняющим опасные задания. Международный институт прессы разработал руководство, имеющие целью помочь журналистам, находящимся в опасных командировках, “избежать гибели, телесных повреждений, тюремного заключения, высылки и других бед”.

Запугивание, угрозы и нападки. Запугивание, угрозы и нападки в адрес журналистов обычно предпринимаются для того, чтобы повлиять на содержание их репортажей. Следствием их обыкновенно является та или иная степень самоцензуры. В Колумбии, усилившееся применение угроз привело к более тесному сотрудничеству журналистов, направленному на предотвращение актов агрессии в отношении отдельных представителей профессии. В Швеции была сделана попытка закрепить в законе о печати правовые гарантии, защищающие журналистов от нападок. Существуют и такие экстремальные формы запугивания, как публикация поименных списков журналистов, которым угрожают убийством.

Журналистские расследования. Журналистское расследование превратилось в самостоятельный и особый вид журналистских исследований. Оно предполагает расследование и раскрытие коррупции, недобросовестного поведения и пренебрежения служебным долгом в правительстве, аппарате, вооруженных силах и т.п. структурах, имеющее целью мобилизовать на борьбу с ними общественное мнение. В США этот тип журналистики вышел на передний план во время Уотергейта, но долгое время он был отличительной чертой германской журналистики, в чем можно убедиться на примере журнала Spiegel. Журналистские расследования нередко рассматриваются как проявление враждебной деятельности. В некоторых странах понятие журналистского расследования как типа журналистики остается неизвестным.

Ограничение передвижения и высылка. Свобода передвижения чрезвычайно важна для деятельности журналиста. Однако и своим, и иностранным журналистам часто отказывают в доступе в районы военных действий или чрезвычайного положения, как это было, например, в Северной и Восточной провинциях Шри Ланка. Израильские власти, чтобы воспрепятствовать палестинским журналистам эффективно выполнять профессиональные обязанности, подвергали их домашнему аресту. Индонезийские власти во время предвыборной кампании 1987 г. запретили журналистам выезжать в некоторые сельские районы. Южноафриканским журналистам отказывали в выдаче паспортов для зарубежных поездок. Некоторое число иностранных журналистов ежегодно высылается из разных стран, и, повидимому, это число возрастает. Общее распространение имеет и другая практика, состоящая в отказе выдавать или возобновлять визы и разрешения на работу в стране. На деле это часто означает высылку.

Подкуп и коррупция. Коррупция составляет общее явление в странах, где журналистам мало платят и где получение взяток от политиков и бизнесменов стало обычаем.

Похищение и исчезновение людей. Во многих странах, где существуют милитаристские режимы, журналист может быть похищен или может “исчезнуть”. Есть много примеров исчезновения журналистов, судьба которых так и осталась невыясненной. Журналист может также стать жертвой оппозиционной группировки, желающей таким образом привлечь внимание средств массовой информации, либо оказаться предметом переговоров, используемым для того, чтобы добиться политических уступок, как это было в Ливане.

Нападения, избиения, убийства. Убийство писателя есть последняя степень цензуры. К сожалению, акты агрессии, такие как избиение, подбрасывание бомб, пытки, убийство, не являются редкостью. Эти инциденты рассчитаны на то, чтобы отбить охоту к расследованию и выявлению таких дел, как коррупция в правительстве или перевозки наркотиков, и таким образом напомнить о самоцензуре. В Мексике и Колумбии убийства журналистов заставили работников средств массовой информации обратиться к правительствам с призывом усилить превентивную деятельность.

Арест, задержание и тюремное заключение. Краткосрочные задержания часто используются как средство запугать журналиста и помешать ему представить отчет о происходящих критических событиях. Долговременное содержание под стражей без суда и страх перед длительным тюремным заключением весьма эффективно утихомиривают несогласных. Журналисты подвергаются аресту за выражение критики в адрес властей, взглядов запрещенных групп и организаций, воззрений, противоречащих интересам национальной безопасности или якобы возбуждающих беспорядок и насилие.

Печатные материалы

Книги. Во многих странах существуют официальные цензурные комитеты или аналогичные органы, которые просматривают новые издания на предмет их содержания. В ряде стран публикуются списки запрещенных книг. Нередко устанавливается наказание за хранение некоторых видов запрещенной литературы. При последующей цензуре сохраняется возможность распространения ограниченного числа неофициальных изданий, хотя издержки, которые несут издатели в случае, если публикация будет зарезана цензурой, делают независимую издательскую деятельность рискованным бизнесом.

Классическая цензурная мера — сожжение книг — не отошла в прошлое вместе со списками запрещенных книг, которые в средние века публиковала католическая церковь. Она практикуется и поныне, хотя обычно используются не столь брутальные цензурные методы. В Турции в 1986 г. после публикации списка книг, запрещенных министерством юстиции, было сожжено книг общим весом около 39 тонн. Публичное сожжение книг было зафиксировано в Аргентине (Кордова) в 1976 г., в Чили в 1986 г. (сожжены 14 тыс. экземпляров книги Маркеса) и во Франции (4 марта 1987 г.). В Китае в 1986 г. власти сообщили об изъятии в ходе кампании по борьбе с “буржуазной либерализацией” 7 млн. книг и журналов, главным образом посвященных боевым искусствам, романтическим и эротическим темам. В Израиле в 1986 г. после набега на книжную выставку, устроенную палестинцами, была конфискована тысяча книг, а организаторы выставки были арестованы.

Возможен запрет на ввоз книг в связи с их сексуальным, политическим или религиозным содержанием. Во многих странах распространена цензура учебников. В Иране после исламской культурной революции учебники были заменены исламскими текстами. В Польше 650 тысяч экземпляров учебного пособия по истории, “Современная история”, пошли под нож из-за того, что там содержались ссылки на табуированные исторические сюжеты. Охрана государственной тайны часто приводит к тотальному просмотру книг: в СССР чиновники Главлита просматривали книги на предмет отслеживания имен и событий, имеющих отношение к государственным секретам.

Цензура книг нередко стимулирует создание хорошо налаженной сети неформальных публикаций. В Индонезии, где действует последующая цензура, сохраняется возможность распространения фотокопировальных изданий книг, не прошедших цензуру. Феноменальный коммерческий успех книги П. Райта “Ловец шпионов” в 1987 г. доказывает, что цензура книг нередко может привести к противоположным результатам. В Кении, например, книги писателей-эмигрантов успешно продаются на улицах, а в Ирландии запрещение книги может привести к росту сбыта благодаря завозу из Северной Ирландии через границу.

Газеты и журналы. Свободе прессы нередко отводится центральное место в блоке конституционных гарантий, относящихся к свободе выражения мнений. Термин “свобода прессы” используется применительно к печатным средствам массовой информации, но иногда употребляется в более широком смысле как свобода всех средств массовой информации. Свобода прессы, например, является основным пунктом Первой поправки к Конституции США, и составляет заметный пробел в Конституции Индии, где, впрочем, ее существование подразумевается. Несмотря на то, что в большинстве стран на первое место выходят электронные средства массовой информации, история независимой прессы как института убедительно показывает, что именно на поле независимой газетной деятельности происходили самые громкие сражения в борьбе за свободу выражения мнений. Поэтому неудивительно, что вопрос о свободе прессы (в смысле ежедневного или еженедельного циркулирования печатных материалов) является центральной темой в каждой стране. Периодические издания и журналы для узкого круга часто бывают объектами внимания цензуры, особенно в тех странах, где выходит мало независимых газет или их нет вовсе. Во многих странах главным достоверным источником информации о внутренних проблемах являются “теневые”, неформальные или полуформальные органы прессы.

Фильмы и кинематография

Во многих странах цензура фильмов осталась последним островком предварительной цензуры. Хотя число стран, отменивших или ослабивших киноцензуру, постоянно растет, она продолжает существовать как институт, принимая ту или иную форму.

Киноцензура в наиболее полной форме предполагает, что для публичного показа или проката фильма необходимо иметь удостоверение, выданное киноцензором, а чаще — цензурной комиссией, состоящей из чиновников или/и представителей общественности. Иногда в качестве дополнительного устанавливается требование получить разрешение цензуры на экспорт фильма — дабы кинопродукция страны не выглядела за рубежом в дурном свете. Фильм может быть запрещен либо урезан. В некоторых странах цензурное удостоверение требуется получить (и, соответственно, оплатить) в отношении каждой фильмокопии, но по общему правилу выдается единое удостоверение, которое действительно для всех фильмокопий, выпущенных его обладателем.

Поначалу существовала примитивная форма классификации фильмов на две категории: только для взрослых и без ограничения возраста. Позднее была разработана более сложная система, ориентированная на несколько возрастных ступеней (до-пубертатный, после-пубертатный, молодежный возраст) и содержащая рекомендации, не носящие обязательного характера.

Существует тенденция превращения цензурных комиссий в квалификационные, с полномочиями по одобрению или без таковых, но в подобных случаях обычно действует контроль на местах в отношении фильмов, которые показываются детям (под детьми имеются в виду несовершеннолетние или более ранняя возрастная группа). В некоторых странах, Бельгии, например, никогда не было общей киноцензуры, а существовало ограничение доступа в кинотеатры для детей. В ряде стран, где цензурные полномочия осуществляются местными органами, самой кинопромышленностью создаются неофициальные центральные комиссии, с тем чтобы обеспечить определенное единообразие принимаемых решений.

В самые последние годы под действие цензуры, принявшей форму видеоцензуры, подпал частный (т.е. не публичный) показ фильмов. В Великобритании, которая первой ввела эту новую форму цензуры Законом о видеозаписях 1985 ., она привязана не столько к демонстрации, сколько к продаже фильмокопий и представляет собой новую отдельную систему предварительной цензуры, основанную на законе. Ирландия восприняла английскую модель. Скандинавские страны пошли по другому пути, встроив видеоцензуру в уже существующую киноцензурную систему выдачи удостоверений. В других странах разработки находятся еще на самой ранней стадии.

Власти обосновывают существование киноцензуры по-разному, в зависимости от религиозных или идеологических основ общества. (В Пакистане, например, все сексуальные сцены подлежат изъятию согласно законам ислама.) Однако цензура фильмов может мотивироваться также соображениями национальной безопасности. В Южной Африке правительство предоставляло комиссару полиции широкие полномочия по цензуре фильмов. Предусматривалось, что комиссар может “запретить любую кино- или звукозапись, содержащую новости...” по соображениям обеспечения общественной безопасности и охраны общественных интересов.

Электронные средства
массовой информации.

Радио. Во всем мире, а особенно в странах с низким уровнем грамотности или распространения газет, радио является наиболее важной формой массовой коммуникации и главным источником новостей и информации. В ряде стран радио действует на основании тех же законов, которым подчиняется пресса, но они дополняются серией специальных правил и инструкций, которые имеют целью определить задачи радио и регулировать его программы. Такие правила и инструкции меняются от одной политической системы к другой и исходят либо от независимых органов, либо от государства как такового.

Каждая радиостанция должна получить лицензию, а также определенную частоту, которую государство отводит ей на основе международного соглашения. Часто лицензия включает определенные условия и может быть отозвана.

Почти во всех странах цензурные органы запрещают затрагивать на радио определенные темы. В Северной Корее большинство жилых и служебных помещений оснащены не радиоприемниками, а радиоточками, подключенными к национальной и местной сетям. Установлены ограничители, препятствующие приему вещания из-за рубежа.

Часто власти используют радиопомехи, чтобы заглушить внутренние радиостанции, транслирующие оппозиционные взгляды, или зарубежное вещание, которое, с их точки зрения, ведет враждебную пропаганду. Необходимость контролировать пропаганду и защищаться от нее часто привлекается в качестве аргумента для оправдания практики радиопомех; однако эта практика направлена скорее на то, чтобы заглушить и подавить тягу к плюрализму идей и мнений внутри страны. Радиопомехи могут принимать форму постоянного блокирования соответствующей частоты либо спорадического прерывания программ музыкальными или иными записями. Прекращение Советским Союзом глушения зарубежных передач явилось признанием того факта, что глушение, связанное с большими затратами, не в состоянии воспрепятствовать миллионам слушателей принимать иностранное радиовещание.

Телевидение. В странах, где существует телевидение, оно является наиболее популярным и влиятельным средством массовой информации; в то же время здесь труднее всего отследить цензурную практику. Быстро сменяющие друг друга программы и образы, дорогостоящая записывающая техника, недоступные постороннему глазу процессы изготовления и редактирования программ, затрудненность доступа к оригиналам записей — все это в совокупности превращает общественный контроль в непосильную задачу. Эпизоды можно легко вырезать или заменить, а программы подвергнуть цензуре или выбросить без ведома общественности. Телевидение, если даже оно не находится под явным государственным контролем (как это имеет место в большинстве стран), действует на основании служебных кодексов, исходящих от правительства или независимых регулирующих органов, в компетенцию которых входит издание инструкций для организаций, осуществляющих вещание. Во многих странах такие инструкции являются очень жесткими и подлежат неукоснительному выполнению, в других, как правило, не принимаются во внимание. Тот факт, что во многих развивающихся странах приватизация радио намного опережает приватизацию телевидения, является молчаливым признанием значения телевидения как главного механизма правительственного контроля. Оппозиционные партии часто не получают эфирного времени вообще или в объеме, необходимом для достаточно полного изложения своих взглядов. Это особенно заметно во время предвыборных кампаний.

Быстрое развитие многонациональных и многоязычных каналов, передаваемых через спутники, делает возможным прием иностранного телевидения на дому по кабельному телевидению или с помощью специальных антенн. С приходом спутникового телевидения появляется возможность более широкого выбора в плане культурного содержания телевизионных программ. С другой стороны, продажа и использование спутниковых антенн может быть предметом государственной монополии или требовать разрешения со стороны государства.

Спутниковое вещание — возможный источник конфликта между нормами внутреннего права, регулирующими телевещание (например, о непристойности), и мультинациональными компаниями, эксплуатирующими коммерческие каналы для завоевания мировых потребительских рынков. Конфликт может возникнуть, например, по поводу рекламы алкоголя, табака, огнестрельного оружия и медикаментов через спутниковые каналы в странах, где такую рекламу запрещено передавать по телевидению в соответствии с внутренним законодательством.

Компьютеры. Компьютеры, от самых простых до наиболее сложных моделей, могут хранить, анализировать, кодировать и декодировать информацию в таком объеме, что это все больше превращает их в самый мощный и одновременно самый уязвимый инструмент, с помощью которого может осуществляться сбор и распространение информации. Компьютеры могут быть связаны между собой телефонной связью или другими общедоступными каналами, и может происходить обмен информацией или результатами ее обработки. Развитие компьютерной технологии и общий доступ к компьютерам ограничиваются главным образом индустриальными странами, поскольку развивающиеся страны не в состоянии нести связанные с этим высокие расходы. Внутренние и международные правовые принципы, касающиеся использования компьютеров, такие как право на коммуникацию, право на неприкосновенность частной сферы, авторское право на неопубликованные работы, все еще остаются на самом низком уровне развития, поскольку их разработка не поспевает за темпами развития тонких технологий. Владение компьютерным оборудованием нередко является предметом ограничений и  подпадает под действие законов о лицензировании, однако лишь немногие из законов о цензуре содержат прямое упоминание о распространении информации через компьютерную сеть.

Базы данных. Базы данных и другие хранилища компьютеризованной информации позволяют обрабатывать огромные массивы данных и обеспечивают к ним широкий доступ. Благодаря технологическому прогрессу, из таких банков данных можно извлекать информацию по самым разным темам поиска. Эти потенциально безграничные возможности получения и компиляции данных вызывают тревогу за сохранение в необходимых случаях конфиденциальности тех или иных сведений. В целях охраны неприкосновенности личной жизни, а также под воздействием коммерческих и политических интересов, в отдельных странах уже введены или предложены ограничения на пользование базами данных. Так, к некоторым базам данных в США запрещен доступ из-за границы. Есть ограничения на доступ к определенным категориям американских баз данных со стороны западноевропейских (например, западногерманских) пользователей, чтобы исключить неразрешенное использование этих данных третьими странами. В 1986 г. в США была введена новая категория информации, подлежащей защите — “потенциально конфиденциальные сведения”. Речь идет о несекретных и неконфиденциальных данных, которые посредством сопоставления и компиляции могут превратиться в “конфиденциальную” информацию. Есть опасность чрезмерных ограничений на доступ к научной информации.

Передача информации через границы. В Статье 19 Всеобщей декларации прав человека специально провозглашается право каждого “распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ”. В эпоху электронных технологий и спутников государственные границы уже не являются препятствием для информационных потоков. Юридические механизмы обеспечения свободы неприкосновенности личной жизни, авторского права и интеллектуальной собственности явно не поспевают за быстрым развитием информационных технологий. Сейчас происходит переоценка соотношения между свободой информации и правом государства контролировать распространение информации. Передача информации через границы и специальные технологии этой передачи высветили диспропорцию между “информационно богатыми” и “информационно бедными” странами. Страны, где нет законодательного регулирования “трансграничного потока данных”, называются “свободными для притока данных”, в то время как в странах, где осуществляется такое регулирование, приток информации извне может ограничиваться. С другой стороны, опасность бесконтрольного использования данных зарубежными пользователями побудила ряд стран ввести широкие ограничительно-контрольные меры по отношению к передаче информации за границу, мотивируемые соображениями экономической и государственной безопасности. В США идет подготовка правил, ограничивающих использование фотоснимков, сделанных со спутников, в средствах массовой информации. Европейское сообщество проводит исследование проблем, связанных с ограничениями на доступ к информации, особенно в том виде как они осуществляются в США. Некоторые страны, в особенности африканские, испытывают немалые финансовые и политические трудности в связи с разработкой и применением таких технологий.

Спутниковая связь. Использование спутников позволяет передавать информацию на большие расстояния и на обширные территории. С помощью спутников могут передаваться телефонные и телексные сообщения, радио- и телепередачи, а также самые различные виды специальной информации, например, прогнозы погоды или финансово-экономическая информация, обмен которой часто идет между компьютерными базами данных. В целом широкое развитие спутниковой связи позволяет передавать на расстояние человеческие голоса, цифровые данные, тексты и образы независимо от государственных границ.

Со времени появления спутников связи в 1960-х годах возникли новые проблемы, связанные с собственностью на спутники и их использование. Вот главные из этих проблем:

- из-за высокой стоимости спутниковых технологий сложилась фактическая монополия нескольких богатых стран на использование спутников;

- лишь ограниченное число спутников может запускаться на геостационарную орбиту для передачи телесигнала на определенные территории;

- в международном праве нет норм, гарантирующих каждой стране возможность пользоваться хотя бы одной такой орбитой;

- спутники не знают государственных границ, так что любая страна имеет возможность принимать информацию, вещаемую на соседнюю страну;

- спутники могут использоваться для сбора секретных разведывательных данных, например, путем фотографирования или прослушивания телефонных переговоров;

- необходимы общие технические стандарты, обеспечивающие беспрепятственный обмен информацией между различными каналами спутниковой связи. Сейчас планируется создание Объединенной сети цифровой связи (Integrated Services Digital Network; ISDN), которая могла бы передавать сообщения по всем видам дистанционной связи.

В числе организаций, занимающихся проблемами спутниковой связи в глобальном масштабе, следует назвать Административную конференцию радиосвязи (World Administrative Radio Conference; WARC) и Международный союз электросвязи (International Telecommunications Union; ITU).

Выражение идей в художественной форме

В Статье 19 Международного пакта о гражданских и политических правах гарантируется право на свободное выражение своего мнения “посредством художественных форм выражения” или иными способами по своему выбору. Это положение Пакта отражает то обстоятельство, что искусство всегда было классическим объектом цензуры. Международные организации, такие как Международный комитет ПЕН-клуба “Писатели в тюрьме” (International PEN Writers in Prison Committee) и журнал Index in Censorship, публикующие произведения подвергаемых цензуре авторов, заняты защитой международно признанного права на выражение мнений в художественной форме. Поэтому можно сказать, что защитники свободы выражения мнений вообще уже давно придают особое значение праву на художественное самовыражение.

Цензура произведений искусства обычно основывается на порочных либо попросту примитивных предположениях относительно сущности и смысла искусства. Идеи, выражаемые в художественной форме, и способы их воплощения вызывают нередко значительное взаимное недоверие между государственными властями и сообществом художников. Произведения искусства часто бывают многозначными, что ведет к их превратному пониманию цензорами.

При этом нельзя отрицать, что некоторые произведения искусства в самом деле создаются с осознанным намерением бросить вызов властям или установившимся в обществе нравственным принципам. Разграничение между выражением политических идей и художественным самовыражением может на практике быть весьма условным; так, стихи и песни протеста уже стали самостоятельным жанром, а некоторые произведения авангардного искусства специально предназначены для того, чтобы вызвать шок или отвращение. Но даже если речь идет об авторе и исполнителе песен протеста, цензоры часто толкуют творчество художника по своему усмотрению, отвлекаясь от заявленных им самим намерений. Вот почему даже спустя много лет после смерти автора его произведения по-прежнему подвергаются цензуре, а критики продолжают спорить о смысле, который он вкладывал в свое творчество. Чаще же цензура осуществляется в зависимости от предполагаемой либо действительной реакции общества на данное произведение искусства и от его возможной социальной функции.

Подобно дурным критикам, цензоры бесцеремонно пренебрегают всеми художественными условностями и судят только об отдельных элементах произведения искусства, грубо вычленяя их из насыщенного ассоциациями контекста. Как правило, легче всего цензурировать слабые произведения, так как по отношению к ним цензор не может особо сильно ошибиться, когда выделяет из контекста “основную идею”. О каком виде искусства ни шла бы речь — о живописи, музыке или литературе — цензура не учитывает специфику его художественной формы.

Самым страшным в цензуре является не только то, что она налагает запрет на те или иные произведения искусства сами по себе, но и то, что она позволяет бюрократически объявлять противозаконным творческое воображение. Это делает уязвимой свободу воображения, которая составляет основу свободы вообще. Однако, как это ни парадоксально, цензура может создавать условия, при которых искусство хотя бы воспринимается всерьез. Подвергнутая цензурному запрету книга может как раз вследствие этого запрета (если он не носит всеобъемлющего характера) собрать больше читателей, чем предполагал автор. Во многих культурах художники, особенно писатели и поэты, по праву выступают от лица всего общества — в основном потому, что они делают это сильно, точно и выразительно. И все же искусство может менять общество лишь в ограниченных пределах. По словам английского поэта Джоффри Халла, “поэты не являются законодателями, разве только если они занимают государственные должности”.

Театр. Во многих странах публичные представления подлежат предварительной цензуре. В Индонезии для постановки пьесы или для публичного чтения стихов или рассказов необходимо получить разрешение от местной полиции. Маленькие экспериментальные театры в этой стране, ставящие спорные пьесы, могут выступать только в частных домах перед небольшим числом зрителей. В Египте цензор обязан следить за театральными постановками и не допускать, чтобы актеры отклонялись от текста пьесы. В таких странах как Кения, где существует мощная традиция устного творчества, приняты строгие меры против постановки пьес, снискавших широкую популярность. Израильский Совет по контролю над кино и театром осуществляет надзор за всеми фильмами и пьесами.

Запрет на пьесу может повлечь за собой запрет на все произведения ее автора. Это произошло, например, с конголезским драматургом Гаем Менга, творчество которого до сих пор запрещено, хотя запрет на одну из его пьес уже снят. Иногда проводится различие между представлением пьесы в театре и ее телевизионной версией. Так, в Южной Африке одна из пьес Атола Фугарда могла ставиться на сцене, однако ее телевизионные инсценировки разрешены не были.

Театральные деятели могут столкнуться с перспективой изгнания из страны. В ноябре 1987 г. чилийская праворадикальная организация пригрозила смертью семидесяти восьми актерам, актрисам, драматургам и театральным режиссерам, назвав их “агентами международного марксизма” и потребовав, чтобы они выехали из страны в течение тридцати дней. Театральные деятели объявили, что не собираются покидать Чили и потребовали, чтобы государство приняло меры для их защиты.

Одним из последствий цензуры по отношению к искусству может стать “утечка мозгов” в области культуры.

Стихи и романы. Поэтические произведения подвергаются цензуре, если считается, что они несут идеи, направленные против политики государства либо против общественных норм нравственности и вкуса. Неоднозначность (метафоричность), составляющая один из источников силы поэтического языка, нередко вызывает недовольство у цензоров, подозревающих, что в стихах содержатся “скрытые”, “сбивающие с толку”, а значит и опасные мысли. В Югославии один сборник стихов был изъят из продажи на том основании, что его содержание “может толковаться различными способами и... вызывать у читателей идеологическое замешательство”. В Пакистане переводы любовной лирики английских поэтов Роберта Броунинга и Дэвида Г. Лоуренса отнесены к разряду произведений, оскорбляющих исламскую мораль. В Иране после чистки среди людей искусства, не сочувствующих нынешнему режиму, была казнена двадцатитрехлетняя поэтесса Сорайя Монтаза, признанная виновной в “пропаганде сексуальной свободы”.

Романы также подвергаются цензуре по соображениям нравственности или же из-за того, что дают нежелательные художественные версии историко-политических событий.

Изобразительное искусство. Художественные изображения, от эскизов и рисунков до картин и скульптур, подвергаются цензуре или тематическим ограничениям посредством прямого вмешательства властей, а в отдельных странах также и на основе сотрудничества между властями и организациями художников. Предварительная цензура посредством организационного контроля над искусством позволяет избежать некоторых трудностей открытой цензуры — например, отпадает необходимость удалять из выставочных залов громоздкие картины. А такая необходимость иногда возникает. Так, турецкие власти однажды сняли с выставки полотна польского художника Яна Дубковского после того, как президент Турции Эврен расценил одну из его картин как непристойную. В Пакистане редактор газеты Frontier Post подвергся уголовному преследованию за то, что опубликовал снимок с картины художника эпохи Возрождения Лукаса Кранаха, изображающей Адама и Еву — с точки зрения мусульманской религии эта картина представляется кощунственной.

Музыка. На первый взгляд может показаться, что к музыке цензура не имеет никакого отношения. На практике дело обстоит совсем иначе. В некоторых странах власти придают музыке как средству распространения идей такое большое значение, что вводят специальные законы, регулирующие исполнение музыкальных произведений и распространение записей. В Заире нормы музыкальной цензуры содержатся в уголовном кодексе. Комиссия по цензуре должна следить за тем, чтобы в песнях не было ничего “провоцирующего расовую или племенную ненависть, а также содержащего оскорбления, выражения сильной неприязни, клеветнические или дискредитирующие заявления”. Объектами цензуры всегда были рок-музыка и рок-музыканты.

Образование и наука

Библиотеки. Библиотеки и библиотекари играют весьма важную роль в обеспечении свободы информации и права на знание. Их профессиональный долг состоит в том, чтобы обеспечивать доступ к материалам, отражающим самый широкий спектр мнений и форм их выражения. Поэтому во многих странах государственные органы прямо или косвенно вмешиваются в работу библиотек. Например, в Ираке все библиотеки находятся под непосредственным контролем властей.

Ограничения доступа к библиотечным материалам по политическим, моральным, эстетическим либо религиозным соображениям могут осуществляться на разных уровнях. Давление с целью установить такие ограничения может исходить от государственных органов, руководства библиотек или от общественности. Во Франции в октябре 1986 г. было принято решение ежемесячно составлять рекомендательные списки детских книг для приобретения публичными библиотеками. Это решение встретило сильное сопротивление со стороны работников библиотек, которые вскоре организовали кампанию против такой цензурной меры. Иногда, однако, и сами библиотекари осуществляют своего рода “самоцензуру” посредством выборочного пополнения фондов или ограничения на доступ к ним. И все же в целом представители библиотечной профессии стали более активно следить за цензурой в библиотеках и противостоять ей, как в рамках отдельных стран, так и на международном уровне.

Свобода в сфере образования и науки. Университетские преподаватели и ученые часто сталкиваются с ограничением свободы, которая необходима им для профессиональной деятельности. Их увольняют с работы, не дают возможности печататься, отказывают в финансировании исследований или в зарубежных поездках на международные конгрессы и конференции. Результаты исследований нередко имеют такой характер, что засекречиваются в интересах национальной безопасности. В этих же интересах ученым отказывают в праве общаться с иностранцами. Наконец, может осуществляться всеобъемлющий контроль над научной жизнью по политическим либо религиозным мотивам. Отсутствие четкой грани между выражением своего профессионального мнения преподавателем или ученым и выражением политических либо религиозных убеждений может повлечь за собой суровые кары.

Реклама

В Статье 19 Международного пакта о гражданских и политических правах говорится, что право на свободное выражение мнений включает “свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи”. Эта широкая формулировка, очевидно, охватывает и рекламу. Реклама как способ распространения информации и идей может иметь не только коммерческие мотивы. Например, часто встречается реклама в политических целях, а также для распространения знаний о положенных людям правах. Реклама подвержена цензуре и регулированию. Европейская комиссия по правам человека признала, что рекламные тексты охватываются общей международно-правовой гарантией свободы выражения мнений. Однако на международном уровне нет еще полной ясности относительно того, должна ли реклама подлежать защите в той же степени, что и распространение другой информации и идей. Верховный суд США постановил, что Первая поправка к Конституции не относится к ложной рекламе и к рекламе незаконных товаров и услуг, однако во всех прочих случаях ограничения на рекламу могут вводиться лишь при том условии, что они мотивируются существенным интересом государства, а любой другой способ защиты этого интереса повлек бы еще большие ограничения прав и свобод. Всемирная федерация рекламного бизнеса (World Federation of Advertizers) ведет кампанию за саморегулирование рекламы. Этот принцип принят сейчас американской Федеральной комиссией по торговле. Ассоциации потребителей выступают за сохранение контроля над недобросовестной рекламой и рекламой посредством сравнения, а также над объемами рекламного вещания на телевидении и над спонсорством по отношению к телепрограммам со стороны торговых групп. Все большее значение приобретает проблема международного рекламного телевещания.

Информация, связанная
со здоровьем населения

Право на здоровье гарантируется рядом механизмов на международном уровне и закреплено в Статье 12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах как “право каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья”.

Проблема доступа к информации, относящейся к праву на здоровье, охватывает широкий круг вопросов. Примером разумного регулирования такой информации является запрет на рекламу алкоголя, табака и других наркотизирующих продуктов (так, во Франции был введен запрет на рекламу спиртных напитков по телевидению). Однако есть немало случаев, когда связанная со здоровьем информация ограничивается или запрещается вопреки праву общества располагать такой информацией. Речь идет о таких проблемах как планирование семьи, аборты и противозачаточные средства (так, в Ирландии был введен запрет на выдачу справок об английских клиниках, где производятся аборты); СПИД и другие заболевания, передающиеся половым путем (во многих странах Африки власти болезненно относятся к тому, что мировые средства массовой информации уделяют большое внимание распространению СПИДа); предназначение и безопасность ядерных установок и влияние утечек радиации на здоровье; демпинговый вывоз запрещенных к употреблению лекарств и небезопасных продуктов питания в развивающиеся страны, где население не может получить о них предупреждающей информации. Зачастую также информация, связанная со здоровьем населения, ограничивается в соответствии с действующими в стране законами о государственной и служебной тайне.

Информация, связанная
с использованием ядерной энергии

Хотя проблемы ядерных вооружений, ядерной энергии и ядерной безопасности обсуждаются достаточно широко, общественность осведомлена о них лишь в слабой степени, поскольку они скрыты под покровом технических деталей, пропаганды и секретности. Постепенно выяснилось, что развитие атомной энергетики сопровождалось жесткой цензурой и систематической дезинформацией. Ни одно из государств, где существует эта отрасль, никогда не давало обществу полной информации о связанных с ней факторах риска.

Историческая информация

Документы, хранящиеся в государственных архивах, обыкновенно открываются для публики лишь спустя определенный срок после начала хранения. В США, например, этот срок составляет двадцать пять лет, в Великобритании — тридцать, в Греции — пятьдесят. Доступ к некоторым категориям информации ограничивается на более длительный или вообще на неопределенный срок в основном по соображениям национальной безопасности и общественного порядка.

Такие ограничения подвергаются критике, поскольку они позволяют властям скрывать невыгодную для себя информацию и приводят к распространению недостоверных и предвзятых версий исторических событий, которые нельзя опровергнуть на основе источников и “твердых фактов”.

В тех странах, где государственные архивы закрыты для публики вообще, официальная версия истории является единственной и господствующей повсюду — в справочниках, школьных и университетских учебниках, документальных фильмах и т.д. Это позволяет исключать из истории факты, неудобные для существующего режима, и насаждать единое толкование исторических событий в виде неоспоримой истины. При этом книги, в которых содержатся исторические воззрения, противоречащие официальной версии, иногда подвергаются запрету.

Неправительственные организации

Все основные институты общества, от правительства до профсоюзов и религиозных организаций, связаны долгом защищать тех, от чьего имени они выступают, и обеспечивать их основные права. Но конфликт интересов может иметь своим последствием то, что их роль меняется на противоположную, и тогда свобода слова в первую очередь подвергается ущемлению. В этой ситуации важнейшую функцию борьбы с цензурой прямыми или косвенными методами выполняют международные неправительственные организации.

Среди них имеются такие, которые объединяют на началах членства или ассоциации организации нескольких стран, — например, Международная Хельсинкская ассоциация и Международная комиссия юристов.

Другие организации, действующие в той же сфере, — это Международный институт прессы, Международная федерация журналистов, Всемирный комитет по свободе прессы, Международная ассоциация издателей, Международная федерация актеров, Ассоциация содействия международному распространению прессы.

На национальном уровне действуют правозащитные и иные организации — число их постоянно растет — которые рассматривают как часть своей работы контроль и наблюдение за выполнением своими правительствами принятых на себя обязательств в сфере свободы информации и пытаются мобилизовать в поддержку общественное мнение. Многие их этих организаций малоизвестны и ведут борьбу за существование в условиях жесткого давления.

Межправительственные организации

Мандат большинства межправительственных организаций распространяется на те или иные аспекты свободы слова и информации. В соответствии с международными и региональными конвенциями о правах человека функция контроля за их выполнением возлагается на межправительственные органы, такие как Комитет по правам человека ООН и Совет Европы. Если говорить об органах ООН, то обязанность защищать права в области образования, науки и культуры и содействовать их осуществлению возложена на ЮНЕСКО. Другие организации в рамках ООН, такие как Международная организация труда (МОТ), призваны защищать право на свободу ассоциации. Межправительственное бюро по информатике, не входящее в систему ООН, выполняет специальную функцию содействия развитию информатики и телекоммуникаций.

Новый мировой порядок в сфере информации и телекоммуникаций. Это понятие впервые было применено в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН в 1978 г. и затем взято на вооружение ЮНЕСКО. В 1980 г. ЮНЕСКО ставит на обсуждение вопрос о проведении политики, основанной на докладе комиссии Шона МакБрайда “Многоголосье в едином мире”. Генеральная конференция ЮНЕСКО заявила, что “новый мировой порядок в сфере информации и телекоммуникаций” мог бы иметь своим основанием, среди прочих факторов: “1) устранение неравенства и несправедливости, характерных для существующей ситуации; 2) устранение отрицательных последствий государственного и частного монополизма и чрезмерной концентрации; 3) устранение внутренних и внешних препятствий свободному обмену информацией и идеями и более широкое и сбалансированное их распространение; 4) плюрализм источников и каналов информации и идей; 5) свобода печати и информации; 6) свобода журналистов и других работников средств массовой информации; 7) возможности развивающихся стран в плане улучшения ситуации собственными силами, в особенности за счет обеспечения технического оснащения, обучения персонала, усовершенствования инфраструктуры и создания собственных средств информации и коммуникации, ориентированных на их собственные потребности и запросы; 8) добрая воля развитых стран, помогающая им в достижении этих целей; 9) уважение культурной самобытности каждого народа и права каждой нации информировать мировую общественность о своих интересах, запросах, социальных и культурных ценностях; 10) уважение права каждого народа участвовать в международном обмене информацией на основе равенства, справедливости и взаимной выгоды; 11) уважение права общества, входящих в него этнических и социальных групп и индивидов на доступ к источникам информации и на активное участие в коммуникационном процессе”.

Конференция заявила также, что новый мировой порядок в сфере информации и коммуникаций должен “базироваться на основополагающих принципах международного права, положенных в основу Устава Объединенных Наций” и что “различие решений в сфере информации и коммуникаций обусловлено социальными, политическими, культурными проблемами, меняющимися от страны к стране, а внутри одной страны — от одной группы к другой”.

Внутреннее право

Свобода слова требует защиты правовыми средствами. Такая защита должна опираться на максимально полную имплементацию международных стандартов, определяющих это право. Если страна имеет письменную конституцию, свобода слова должна охраняться конституцией и другим законодательством страны. Существует целый спектр правовых средств, направленных на поддержание свободы слова, свободы печати и права на доступ к информации. В равной мере разнообразны институты, призванные поддерживать идею ответственности средств массовой информации. Так, например, в Соединенных Штатах растет число газет, имеющих внутри редакции омбудсмена, на которого возложена обязанность реагировать на жалобы читателей. Все меры, принимаемые для обеспечения свободы слова на национальном уровне, должны следовать принципу, принятому в международном праве: “свобода — правило, ее ограничение — исключение”.

Доступ к информации. Свобода слова в том смысле, в каком она определена международными стандартами, — это не только право распространять идеи и информацию, но также право искать информацию. Это “право знать” нуждается в более широком признании и защите и является основополагающим для обеспечения открытости и подотчетности правительства. В некоторых странах “свобода информации” определяется как право гражданина или группы граждан иметь доступ к массивам информации, держателем которых выступает государственная или негосударственная администрация.

Право на доступ к информации может быть урегулировано таким образом, что некоторая информация остается секретной или конфиденциальной.

Страны, где общественный доступ к информации является устоявшимся правилом, можно разбить на две большие категории: те, в которых действуют специальные законы, регулирующие право на доступ (США, Канада, Франция, Швеция, Австралия и ряд других), и те, которые придерживаются принципа дискреционных полномочий, на основании которых решается вопрос о доступности информации с точки зрения ее секретности (например, Великобритания).

Законы о свободе информации. Существующие законы о свободе информации имеют целью усиление информационного потока в отношениях между правительством и индивидами как с точки зрения количества, так и с точки зрения качества информации. Среди множества трудностей, препятствующих эффективному применению таких законов, - необходимость привести в соответствие с предусмотренными в них требованиями уже имеющихся положений о секретности. Например, разведывательные службы часто располагают правом отказывать в ознакомлении с документами или их фрагментами по мотивам национальной безопасности. Многие канадские журналисты, не имея в собственной стране доступа к информации по важнейшим направлениям политики правительства, могут обнаружить детали, относящиеся к такой политике, в документах, открытых для доступа в соответствии с Законом о свободе информации, действующим в США.

Защита персональных данных. Защита персональных данных — условный термин, применяемый для обозначения права индивида на доступ к своему персональному досье, имеющемуся в распоряжении государственных или частных “пользователей информации”, с целью обеспечения точности, своевременности и соотносимости имеющейся информации с целями, для которых она хранится, и проверки того, не может ли получить доступ к информации лицо, не обладающее соответствующими полномочиями. Таким образом, защита персональных данных связана также с личным характером информации.

Тревога относительно защиты персональных данных привела к принятию соответствующего законодательства в скандинавских странах и ФРГ в начале 70-х годов; она явилась результатом осознания усиливающихся возможностей компьютерных систем манипулировать информацией, не ставя индивида в известность о том, какие именно данные содержатся в досье и как они используются. Европейская конвенция о защите персональных данных предусматривает комплекс международно-правовых норм, обязательных для стран-участниц. Конвенция открыта для ратификации и вступила в силу в октябре 1985 г. Большинство подписавших Конвенцию стран — это западноевропейские страны, но интерес к ней усиливается среди стран, принадлежащих к другим регионам.

В большинстве национальных законодательств право на доступ и право на исправление информации личного характера определены по-разному применительно к государственным и частным пользователям информации. Хотя правовое регулирование относится главным образом к компьютерной информации, в ряде стран оно распространяется и на мануальные информационные системы. В некоторых странах высказывается озабоченность по поводу того, что право на доступ к персональным досье не распространяется на системы, находящиеся в ведении таких государственных органов как полиция, служба социального обеспечения и иммиграционная служба.

Право на ответ. “Право на ответ” признается главным образом теми национальными правовыми системами, которые основаны на французском, испанском и германском праве. Оно также предусмотрено международной конвенцией о праве на поправку, вступившей в силу с 1962 г. Страны, правовые системы которых основаны на англо-саксонском праве, обычно не признают “права на ответ” и предпочитают внеправовую защиту с помощью системы саморегулирования. Статья 14/1 Американской конвенции по правам человека предоставляет лицу, которому причинен вред неточными или ложными утверждениями, право на ответ в тех средствах массовой информации, которые допустили такие утверждения. Устанавливается, что средство массовой информации должно опубликовать ответ потерпевшей стороны без взимания платы. В ряде стран право на ответ распространяется также на государственных чиновников и целые ведомства. Это приводит к злоупотреблению правом, когда в ответ на допущенную средством массовой информации неточность на него возлагается обязательство публиковать обширные правительственные отчеты и даже пропаганду.