Эрнст Орловский  

Памяти Эрнста Орловского 

10 февраля 2003 в Санкт-Петербурге скончался Эрнст Семенович Орловский, математик, юрист, правозащитник, автор “Размышлений о Сахаровской конституции”.

В одной из работ, посвященных Владимиру Альбрехту есть весьма примечательное высказывание: “…в 1970-е он воспринимался как продолжатель дела правового просвещения, начатого Эрнстом Орловским, Александром Вольпиным (Есениным-Вольпиным), Борисом Цукерманом, Валерием Чалидзе…”

Э. С. Орловский много публиковался в отечественной и зарубежной печати, многократно подвергался обыскам и допросам, по указанию “органов” понижался в должности.

В годы перестройки Эрнст Орловский – эксперт Комитета прав человека Верховного Совета РСФСР и Конституционный комиссии Съезда народных депутатов РСФСР, член Российско-американской неправительственной группы по правам человека.

Орловский работал над подготовкой к публикации “Воспоминаний” А. Д. Сахарова. Составители сборника высоко оценили его вклад в эту работу: “…роль, которую в составлении примечаний сыграл Эрнст Орловский, трудно описать – без него многих примечаний просто не было бы”. Очень много сделал он и для составления комментариев к новой книге историка и правозащитника В.В.Иофе.

Многим знакома книга Евы Лентовской, первого польского Уполномоченного по правам человека, которую сделал доступной для российского читателя не профессиональный переводчик, а правозащитник Эрнст Орловский, проявивший себя не только незаурядным знатоком мало кому тогда знакомых реалий, но и тонким стилистом, прекрасно чувствовавшим все оттенки польского и русского языка.

Светлая ему память!

 

ОРЛОВСКИЙ ЭРНСТ СЕМЕНОВИЧ
21
.05.1929 – 10.02.2003

Э. С. Орловский родился в 21 мая 1929 г. в Ленинграде. В 1952 окончил математико-механический факультет Ленинградского университета, в 1955 – аспирантуру Ленинградского педагогического института им. Герцена, в 1971 – Центральный институт патентоведения. В 1965–1992 работал в НИИ метрологии им. Менделеева. С 1958 печатался в научных журналах. Автор более тридцати научных работ и более четырехсот рефератов по логике, математике и патентоведению. С 1974 – член Американского математического общества.

С середины 1950-х одним из первых в СССР начал отстаивать позицию, которая много позже легла в основу “диссидентского поведения” – легальными способами защищать конституционные права и свободы, нарушаемые властями. Активно занимался юридическим просвещением.

Весной 1956 Орловский вместе со своим другом Револьтом Пименовым подготовил комментированный текст доклада Н.С. Хрущева на закрытом заседании ХХ съезда КПСС, затем распространявшийся в Самиздате. В 1956–1957 на еженедельных собраниях пименовского кружка читал доклады об истории ВЧК–ОГПУ–НКВД, рефераты материалов польской и югославской печати (в первую очередь – материалов о венгерских событиях). По просьбе Пименова был привлечен в качестве свидетеля на обоих его процессах (сентябрь 1957 и февраль 1958). В 1958 собирал средства в помощь осужденным по этому делу. “С тех пор в течение почти 30 лет я чувствовал “заботу” КГБ о себе: обыски, допросы, “беседы”, рекомендации моему начальству на службе снизить мне зарплату (почти вдвое!), запретить мне давать консультации и другую работу по линии общественных организаций, не пускать в командировки <...> и даже в ленинградские библиотеки” (из статьи “Как я стал диссидентом?”, 1996).

В 1959 Орловский в письме на имя Хрущева протестовал против его утверждения об отсутствии в СССР политзаключенных. В мае 1960 и августе 1961 выступал на заводских митингах с критикой внешнеполитических акций Советского правительства (в частности, ультиматума Хрущева по берлинскому вопросу), за что был исключен из профсоюза и уволен с работы.

В ноябре 1973 принимал активное участие в основании советской секции “Международной амнистии” и стал ее членом.

В январе–марте 1977 сотрудники КГБ провели с Орловским пять бесед. Вместо требуемого сотрудниками КГБ “заявления” Орловский написал очерк “Моя позиция”.

С 1952 Орловский направил в редакции различных газет и журналов и государственным и общественным деятелям сотни писем с изложением своего мнения о многих явлениях и событиях общественно-политической жизни страны. Наиболее важные письма получили распространение в Самиздате. Его критический разбор проекта новой Конституции СССР был опубликован в 1977 в самиздатском бюллетене “Вокруг проекта Конституции СССР”. Статья “Почему я не подписал Второе Стокгольмское воззвание” была напечатана в периодике русского зарубежья, ее подробное изложение на английском языке было помещено в лондонской газете “Таймс” (21.12.1976).

В 1979–1982, под псевдонимом Кукушкин, сотрудничал в самиздатском реферативном журнале “Сумма”.

В годы перестройки работал над исследованием правовых коллизий, порождаемых переходным периодом. Перевел с польского, прокомментировал и распространил соглашения “Солидарности” с властями от августа 1981 и “Соглашения круглого стола” от весны 1989. Исследовал правовые аспекты проблемы суда над преступными организациями, анализируя протоколы Нюрнбергского процесса. Сделал комментированные переводы чехословацкого закона о “люстрациях” и чешского закона о преступном характере коммунистического режима. Для фонда “Гласность” выполнил анализ юридических аспектов чеченской войны. В 1997–1998 Институт прав человека издал в Москве в двух томах его комментированный перевод книги первого польского омбудсмана Е. Лентовской “Как начиналась работа Уполномоченного по гражданским правам”.

В 1990 – эксперт Конституционной комиссии РСФСР. В 1990–1993 – эксперт Комитета Верховного Совета РФ по правам человека. В 1993–1996 – эксперт Комиссии по правам человека при Президенте РФ.

Скончался 10 февраля 2003 в Санкт-Петербурге

По материалам статьи Д.И. Зубарева, А.А. Резниковой в “Словаре диссидентов
Центральной и Восточной Европы” (“Мемориал”, Москва; центр “Карта”, Варшава)