ПРАВОВЫЕ И ТЕХНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ БОРЬБЫ С РАСИЗМОМ В ИНТЕРНЕТЕ

 

Изложение доклада международного эксперта Дэвида Розенталя (Швейцария)

Любые оценки числа пользователей интернета могут быть лишь сугубо приблизительными. Однако по усредненным оценкам на сентябрь 1999 г. общее число пользователей интернета, составляло примерно 201 млн., из них 112,4 приходилось на США, 47,15 млн. – на Европу, 33,61 млн. – на страны Азиатско-Тихоокеанского региона, 5,29 млн. – на Латинскую Америку, 1,72 млн. на Африку, 878 млн. – на Ближний Восток. При этом к весне 2000 г. около половины американских пользователей имели в интернете собственные домашние страницы. Уже одни эти цифры говорят о важности проблемы расизма в интернете: даже в Европейских странах (а о них преимущественно идет речь в материалах), не говоря уже о США, потенциальная аудитория расистских выступлений вполне приближается к аудитории печатных и даже электронных СМИ.

Расизм в интернете

Распространение интернета заметно содействовала распространению расизма.

В 1995 г. в интернете был известен лишь один сайт расистского содержания. В конце 1997 г. их было уже 600. В опубликованном в США в марте 1999 г. докладе указывались 1426 известных сайтов, пропагандирующих расизм, антисемитизм, неонацизм. К 15 июля 1999 г. это число подскочило уже до 21000. Расистские группы стали создавать сайты, специально предназначенные для формирования “расового мышления” у детей. Есть сайты, специально ориентированные на женщин. Известно множество высказываний активистов экстремистских групп о том, что они рассматривают интернет как самую счастливую возможность, дарованную им судьбой.

Наиболее распространенная форма расизма в интернете – высказывания, направленные на разжигание ненависти. Сегодня такие высказывания можно найти на сайтах, в материалах дискуссионных групп, в чатах, где ведутся диалоги в реальном времени, в содержании электронной почты – как в переписке между отдельными субъектами, так и в материалах, распространяющихся по спискам рассылки.*

* Более подробно об этом см.: www.adl.org/frames/front_positioning.html; www.hatewatch.org

Есть по крайней мере три причины, по которым интернет оказался особенно удобен для распространения расистских материалов:

Законодательные меры

С юридической точки зрения, не существует такой вещи, как зоны интернета, свободные от контроля закона. Любые действия в интернете всегда подлежат юрисдикции по меньшей мере одной страны: ведь любые представленные в интернете материалы откуда-то происходят и в большинстве случаев требуют хотя бы одного сервера. Тот минимум связи деятельности или материалов с определенной страной, который необходим для того, чтобы они подпадали под ее юрисдикцию, может порождаться тем обстоятельством, что на территории данной страны осуществляется соответствующая деятельность, или тем, что данная деятельность выполняется по указанию или поручению граждан соответствующей страны. Зачастую достаточным основанием может служить уже тот факт, что сервер, используемый для соответствующей деятельности, расположен в данной стране, однако это не является необходимым. Напротив, одна лишь техническая возможность связаться с каким-то сайтом с территории той или иной страны сама по себе может и не образовывать достаточной связи между данной страной и упомянутым сайтом.

В странах, где действуют законы против распространения расистских высказываний, у правоохранительных органов в общем случае не будет особых трудностей с прекращением деятельности расистских сайтов на серверах, расположенных в их стране (если оставить в стороне тот факт, что сотрудники правоохранительных органов пока еще не имеют достаточной подготовки, оборудования и кадров для борьбы с расизмом в интернете), или с выявлением лиц, ответственных за материалы данных сайтов*. Действующие и разрабатываемы законы европейских государств об ограничении ответственности провайдеров за содержание материалов не препятствуют и, скорее всего, не будут препятствовать преследованию тех владельцев серверов, которые сознательно допускают публикацию материалов расистского характера после официального извещения властями. Но вот сайт, размещенный на сервере иностранного провайдера, правоохранительные органы закрыть не могут. Однако власти могут преследовать отдельных лиц, связанных с функционированием подобного сайта, как только эти лица появятся на территории, находящейся под юрисдикцией государства. В большинстве стран можно вести разбирательство и выносить приговор и в отсутствие обвиняемого, если только национальные суды обладают соответствующей юрисдикцией.

Поскольку сайты расистского содержания часто находятся вне досягаемости властей, правоохранительные органы иногда пытаются ограничить их аудиторию, требуя от национальных провайдеров блокировать доступ к данным сайтам. До сих пор такие попытки не приводили к успеху*, поскольку провайдерам, обеспечивающим доступ в интернет, в силу технических причин трудно блокировать доступ к тем или иным сайтам. К тому же в нескольких странах уже действуют или находятся в процессе принятия законы, явным образом ограничивающие возможность уголовной ответственности провайдеров за незаконное содержание материалов, если они лишь передают эти материалы, но не хранят их постоянно на своих серверах. Будущее покажет, будут ли эти законы предоставлять защиту и тем поставщикам, которые непосредственно предоставляют каналы передачи информации лицам, держащим на своих серверах материалы с расистскими высказываниями.

Меры технического характера

На первый взгляд, нетрудно блокировать доступ к расистским сайтам с помощью технологии фильтров: местные провайдеры могут исключить доменные имена известных расистских сайтов из списков доступных сетевых адресов, блокировать установление связи в сети с такими сайтами или применять серверы-посредники со встроенными фильтрами, отсекающими известные сайты расистского характера. Однако эти, на первый взгляд, простые решения наталкиваются на серьезные трудности.

Все такого рода технологии работоспособны лишь в малых масштабах: с их помощью можно блокировать в лучшем случае несколько тысяч серверов, но ни в коем случае не десятки тысяч. А если закон обяжет провайдеров блокировать доступ к расистским веб-сайтам, тех же провайдеров, скорее всего, обяжут блокировать и иные сайты противозаконного содержания: сайты клеветнического характера, сайты, нарушающие интеллектуальную собственность и т.п. Таким образом, поставщики услуг по доступу в интернет очень быстро столкнуться с требованием блокировать уже сотни тысяч сайтов – требованием, с которым они не смогут справиться ни при каких условиях.

Более того, все инструменты блокировки легко обойти, выходя на вебсайты не непосредственно, а через другие, не вызывающие никаких подозрений серверы. Издатель легко может копировать сайты или создавать зеркальные сайты на других, не блокируемых пока серверах. К тому же блокировка сетевых адресов не будет работать в отношении клиентов, выходящих в интернет через крупные компании: те располагают собственными DNS-серверами, сопоставляющими доменным адресам узлы сети. Обязательное же введение серверов-посредников исключит для пользователей интернета возможность доступа и ко множеству других служб интернета, в частности, к новым службам, к службам, рассчитанным на прямую связь с пользователем, и поставит под угрозу безопасность коммуникаций. Иными словами, принудительное введение серверов-посредников резко ограничит возможность развития интернета и электронной торговли, и, возможно, окажется антиконституционным даже в тех странах, где действуют законы против распространения расистских высказываний.

Да и с чисто юридической точки зрения, кто правомерен объявлять, что тот или иной сайт подлежит блокированию? Обычно провайдеры будут принимать решения сами или следовать указаниям правоохранительных органов, хотя по закону решать, действительно ли тот или иной сайт сдержит противозаконные материалы, полномочен лишь уголовный суд. Таким образом, будет ведена цензура, более не определяемая законом и лишающая лиц, пострадавших от решений о “незаконности” содержания их сайтов, общепризнанного права на справедливое судебное разбирательство по установленной законом процедуре.

Иными словами, большинство экспертов согласны в том, что и с юридической, и с технической точки зрения блокировать такие сайты можно не у потребителя, а только у “источника”.

Сами провайдеры в большинстве своем пока занимают выжидательную позицию. Они, скорее всего, подчинились бы общественному давлению, но пока требования общественности приостановить доступ к конкретным серверам с материалами очевидно расистского характера встречались крайне редко.

Кроме того, любая система фильтрации и ограничения свободы слова неизбежно несет с собой риск того, что ее будут использовать антиконституционным образом или что антидемократические режимы в любом уголке мира злоупотребят ею и попытаются запретить иные нежелательные для них ресурсы интернета.

Не является решением проблемы и так часто превозносимое “самоограничение”, или саморегулирование провайдеров: в этом случае деликатные решения просто возлагаются на отрасль. Разумеется, верно, что какой-нибудь союз или объединение провайдеров не связано конституционными гарантиями свободы слова в той мере, в какой эти гарантии связывают государственные власти. Но данное обстоятельство не снимает основного вопроса: какой уровень и характер расистских высказываний и высказываний, разжигающих расовую ненависть, должен допускаться, а какой – не должен? Нередко государства призывают к саморегулированию лишь потому, что сами не желают вступать в сложную и противоречивую область и принимать непопулярные решения. И хотя саморегулирование представляется столь популярным в наши дни, у него есть серьезные слабости. Если, например, европейские законы против расизма имеют определенное демократическое обоснование, то никакая схема саморегулирования подобных обоснований иметь не обязана. Группы или отдельные компании, прибегающие к подобной практике, обычно находятся вне судебного контроля, поскольку действуют как субъекты частного права, им нет необходимости соблюдать должную процедуру и, соответственно, нет гарантии справедливого, непредвзятого и добросовестного рассмотрения, в то время как результаты подобного рассмотрения никто не сможет обжаловать.

Саморегулирование, таким образом, может послужить очень полезным инструментом для ликвидации таких основных прав, как свобода слова. Может вызвать удивление, что одно и то же государство – США – столь горячо отстаивает и саморегулирование, и свободу слова.

Все эти соображения сохраняют силу применительно не только к группам, принявшим политику саморегулирования, но даже к отдельным крупным компаниям. Так, уже сегодня поставщики различных “фильтрующих” программ, регулирующих доступ к интернету, могут рассматриваться как частные цензоры, так как они составляют собственные “черные списки” “нежелательных” сайтов. Поскольку их клиенты – родители, школы, библиотеки, работодатели, провайдеры – разумеется, не могут перепроверять эти списки, такие компании приобретают существенную власть над тем, что могут или не могут люди смотреть по интернету. Здесь возможны как злоупотребления, так и случайные ошибки. (Автор доклада приводит ряд чисто анекдотических примеров, когда одна из распространенных “фильтрующих” программ поместила под категории “полная нагота с изображением половых органов” и “непристойные и соблазняющие на половой акт действия” сайты Проекта по математике и вычислительной технике Массчусетского технологического института или Исследовательской инженерно-строительной лаборатории инженерного корпуса Армии США, а аналогичная программа, используемая отделом образования Администрации штата Юта, блокировала доступ к таким документам, как Конституция США, Декларация независимости, Библия, “Записки о Шерлоке Холмсе”.) Но будь то злоупотребление или случайная ошибка – важно то, что ни в том, ни в другом случае жертвы ничего не могут предпринять по этому поводу в законном порядке и никак не могут потребовать возмещения ущерба.

И даже само по себе право правоохранительных органов предупреждать провайдеров о незаконном, по их мнению, характере содержания определенных сайтов при готовности большинства провайдеров последовать подобным рекомендациям создает угрозу внесудебного пресечения доступа к материалам, в том числе и вполне законным.

* * *

Поскольку единственным действенным средством борьбы с расизмом в интернете является пресечение его у источника, а не у потребителя, – по-настоящему действенные стратегии требуют достижения международного консенсуса, до которого пока далеко. Однако определенные возможности для борьбы с расистским материалами в интернете, по мнению автора, все же существуют. Правда, эта часть доклада производит довольно странное впечатление, поскольку, описывая возможные стратегии, автор игнорирует те самые проблемы, которые перед тем подробно описывал.

Навязывание действенного “саморегулирования”

Если провайдеры и службы, обеспечивающие телекоммуникационные услуги для распространения расистских высказываний, будут идентифицированы, высшие должностные лица соответствующих компаний и служб могут при определенных обстоятельствах (в частности, если они ранее уже были официально извещены о противозаконном характере распространяемых при их участии материалов), подвергаться судебному преследованию в странах, затрагиваемых распространением данных высказываний. Это, разумеется, не будет распространяться на руководителей действующих в Европе филиалов американских компаний, поскольку в большинстве случаев они не могут нести ответственность за то, что делается в США (о том, как при этом удастся обойти упоминавшиеся выше проблемы “внесудебной цензуры”, связанные с подобными извещениями, автор не говорит).

Если государства, в которых действуют законы против расизма, выступят решительно и координированно, – руководители крупных американских компаний-провайдеров могут подвергнуться судебному преследованию сразу в десятках стран. Сегодня, однако, несмотря на принятие соответствующих законов, в этих странах не видно соответствующей воли проводить эти законы в жизнь. Разумеется, подобные действия вызовут громкие протесты и даже политические трения между государствами. Однако следует учитывать, что это – тот самый метод, которым пользуются сами США чтобы убрать из интернета материалы, являющиеся абсолютно законными в стране их происхождения (и в стране расположения соответствующего сервера), но признающиеся незаконными в США*. Если удастся побудить таким образом глав компаний предотвращать “экспорт” расистских материалов с принадлежащих им серверов, это сможет если и не предотвратить, то существенно ограничить подобный “экспорт”. Кстати, по требованию германских властей уже удалось заставить крупнейших операторов интернет-торговли книгами прекратить продажу по интернету в Германию “Майн Кампф” Гителера. Однако в этом случае чрезвычайно важным был бы соответствующий достаточно четкий этический кодекс, который мог бы служить для компаний и руководством к действию, и “щитом” от обвинений. Однако в любом случае правила должны быть четкими и практически применимыми.

Меры, затрагивающие исключительно владельцев серверов, не будут достаточно действенными без участия провайдеров, обеспечивающих доступ к интернету, и служб, поддерживающих связь и предоставляющих и обрабатывающих доменные имена. В противном случае, как уже отмечалось, издатели расистских материалов вполне могут обзавестись собственными серверами и не прибегать к услугам коммерческих серверов. Разумеется, и сейчас в США в адрес провайдеров поступает множество призывов прекратить поддержку распространения в интернете расистских материалов. Однако при полном отсутствии координации политики в данной области трудно обеспечить необходимое политическое и рыночное давление, равно как и мобилизацию общественного мнения. Организации или союз государств, поставивший своей целью борьбу с расизмом, мог бы способствовать такому лоббированию предоставив средства, ресурсы пиар, и политическую поддержку, положительные и отрицательные стимулы, подобные тем, которые сегодня действуют в сфере охраны окружающей среды.