И.Л.Петрухин,
доктор юридических наук, профессор

1. Труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (ст.37 Конституции РФ). Эта формулировка Конституции РФ отвергается В.М.Жуйковым, который считает, что она не действует, поскольку противоречит ст.6 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, где говорится о праве каждого на “получение возможности зарабатывать себе на жизнь трудом”. При этом автор напоминает, что в Конституции СССР, Конституции РФ в редакции от 21 апреля 1992 г. было установлено именно право на труд, а не что-либо иное.* Эта позиция неприемлема. Во-первых, в Международном пакте нет самого понятия “право на труд” (употреблена более осторожная формулировка – “получение возможности зарабатывать”). Во-вторых, было бы лицемерием устанавливать право на труд, заранее зная, что обеспечить его в полном объеме не представляется возможным. В-третьих, ностальгия по прежним социалистическим временам, когда существовала скрытая безработица (необходимый объем работ мог быть выполнен меньшим числом работников) и когда почти все на равных получали зарплату ниже прожиточного уровня, вряд ли может быть аргументом против действующей ныне Конституции РФ. В-четвертых, неверно утверждать, что Конституция РФ имеет меньшую юридическую силу по сравнению с Международным пактом (см. ст.15 Конституции РФ). В-пятых, ряд положений Международного пакта – это идеалы, к которым желательно стремиться, а не реалии сегодняшнего дня.

* Жуйков В.М. Конституция в правовой системе Российской Федерации. – В кн.: Алексеева Л.Б., Жуйков В.М., Лукашук И.И. Международные нормы о правах человека и применение их судами Российской Федерации. М., 1996. C.39-40.

При задержании и заключении под стражу, а также при помещении подозреваемого и обвиняемого в медицинское учреждение для проведения судебно-психиатрической или судебно-медицинской экспертизы человек какое-то время не работает. В этих случаях имеет место ограничение права на трудовую деятельность. Незаконное заключение под стражу влечет возмещение материального ущерба, независимо от исхода дела (ст.53 Конституции РФ; Указ Президиума Верховного Совета СССР “О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей” от 18 мая 1981 г.).* Не только при незаконных арестах, но и при незаконных задержаниях или помещении лица в медицинское учреждение возмещение причиненного лицу ущерба обязательно (ст.53 Конституции РФ). При исчислении размера ущерба надо принимать во внимание упущенную выгоду и подвергать выплаты индексации.

* Ведомости Верховного Совета СССР, 1981, N 21, ст.741. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (ч.3 ст.4) в этом отношении менее гуманна, поскольку она исключает из понятия “принудительный” и “обязательный” труд “любую работу, которую обычно должно выполнять лицо, находящееся в заключении...”

2. Право на отдых (ч.5 ст.37 Конституции РФ) не затрагивается привлечением граждан к участию в судопроизводстве за исключением случаев, когда обвиняемые, потерпевшие, свидетели, эксперты отзываются из отпуска или не направляются в отпуск в связи с необходимостью их участия в следственных и судебных действиях (такое правомочие следователя, прокурора, суда надо четко сформулировать в законе). На основании ст.74 Кодекса законов о труде РСФСР отпуск должен быть перенесен или продлен на время исполнения рабочим или служащим государственных или общественных обязанностей, разновидностью которых следует считать участие гражданина в процессуальных действиях. В отношении работающих задержанных и арестованных должна соблюдаться установленная законом продолжительность рабочей недели (40 часов). Они не должны привлекаться к работе в выходные и праздничные дни, кроме исключительных случаев, но тогда труд оплачивается в повышенном размере.

3. Право на социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни и инвалидности (ст.39 Конституции РФ) сохраняется без ограничений за гражданином, ставшим участником судопроизводства. Исключение представляли случаи потери пенсии и пособия лицом за время его задержания, предварительного ареста или помещения в медицинское учреждение, поскольку арестованный или помещенных в медицинское учреждение находится на государственном содержании.

В соответствии со ст.12 “Закона о государственных пенсиях РСФСР”, принятого Верховным Советом РСФСР 20 ноября 1990 г., выплата пенсии приостанавливается “за время лишения пенсионера свободы по приговору суда”. Однако Конституционный Суд РФ, рассмотрев обращение гр-н Г.Г.Ардерихина, Н.Г.Попова и др., в своем постановлении от 16 октября 1995 г. указал, что это законоположение неконституционно, так как трудовые пенсии “заработаны, заслужены предшествующим трудом, службой, выполнением определенных, значимых для общества обязанностей”.* Это соображение в еще больше мере относится к трудовым пенсиям лиц, задержанных, заключенных под стражу в порядке меры пресечения и помещенных на экспертизу в медицинские учреждения. Следует учитывать, что эти лица в соответствии с презумпцией невиновности (ст.49 Конституции РФ) до вступления приговора в законную силу считаются невиновными, поэтому лишать их пенсии недопустимо.

* Конституционный Суд Российской Федерации. Постановления. Определения. 1992–1996. Под ред. Т.Г.Морщаковой. М., 1997. C.363.

4. Право на жилище (ст.40 Конституции РФ) в виде приватизированной квартиры или отдельного строения, являющегося частной собственностью, не утрачивается в связи с арестом собственника и лишением его свободы по приговору суда, за исключением случае, когда в качестве дополнительного наказания применена конфискация имущества. В последнем случае члены семьи осужденного сохраняют право на свою долю в имуществе, находящемся в совместной собственности. Осужденный вправе сдать в аренду жилплощадь, принадлежащую ему на праве собственности, или поселить там своих родственников (иных лиц) на время отбывания наказания. Если к моменту освобождения из места лишения свободы принадлежащее лицу жилище оказалось занятым, допускается его изъятие из чужого незаконного владения (виндикация) по решению суда, а если оно уже не пригодно для жилья, то собственник вправе потребовать другую равноценную жилплощадь или денежную компенсацию. При вынесении смертного приговора или назначении наказания в виде пожизненного лишения свободы осужденный вправе завещать или подарить кому-либо жилище, принадлежащее ему на праве частной собственности.

Несколько иначе решается вопрос о жилище, принадлежащем лицу на праве социального найма. Отсутствие нанимателя в связи с его арестом в течение всего времени нахождения под следствием и судом вплоть до приведения приговора в исполнение не влечет потерю жилища квартиросъемщиком. Но п.8 ст.60 Жилищного кодекса РСФСР устанавливал: если лицо приговорено к лишению свободы на срок свыше шести месяцев, то оно утрачивает право на жилище (по найму) с момента приведения приговора в исполнение, т.е. по истечении трех дней после вступления его в законную силу при условии, что на данной жилплощади не остались проживать члены семьи осужденного. При наличии же членов семьи, проживающих на данной жилплощади, осужденный лишался права на жилплощадь спустя шесть месяцев после приведения приговора в исполнение.

Конституционный Суд РФ признал эти положения ст.60 Жилищного кодекса РСФСР противоречащими ст.ст. 40 (часть 1), 55 (часть 3), 19, 46 (часть 1) Конституции РФ, поскольку нельзя допустить, чтобы человек, длительно не проживающий на занимаемой им жилплощади по разным причинам (в том числе вследствие ареста или лишения свободы по приговору суда), был лишен конституционного права на жилище. Лишение права на жилище в данном случае выглядит как двойное наказание. Кроме того, указанные формулировки ст.60 ЖК противоречат праву гражданина на свободное передвижение, выбор места пребывания и жительства, не ограниченным какими-либо сроками (ст.27 ч.1 Конституции РФ).*

5. Право частной собственности (ст.35 Конституции РФ), право наследовать и завещать имущество (ст.218 ГК РФ) реализуются и в сфере уголовного судопроизводства. Ограничения касаются случаев, когда в установленном законом порядке наложен арест на имущество обвиняемого для обеспечения возмещения ущерба, причиненного преступлением, или возможной конфискации имущества осужденного, а также в случае изъятия предметов, денег и ценностей при осмотре, обыске и выемке. При проведении этих следственных действий нередко изымается имущество, лишь предположительно принадлежащее обвиняемому. При неподтверждении этого предположения имущество подлежит возврату их собственникам. Эти лица могут и до окончания расследования подать иск в суд об освобождении имущества от ареста*.

* См.: Петрухин И.Л. Личные тайны (человек и власть). М., 1998. С.127–138.

Обвиняемый может быть лишен права собственности на предметы, явившиеся орудиями совершения преступления (они конфискуются), вещи, запрещенные к обращению (они уничтожаются), деньги и ценности, нажитые преступным путем (они обращаются в доход государства по приговору суда). Остальные вещественные доказательства передаются их законным владельцам (ст.86 УПК РСФСР). Вызывает возражения конфискация орудий преступления на основании постановления дознавателя, следователя и прокурора о прекращении дела. В соответствии с ч.З ст.35 Конституции РФ никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. УПК должен быть приведен в соответствие с этим конституционным положением.

В случаях причинения арестованным материального ущерба государству сумма ущерба определяется и взыскивается начальником места содержания под стражей. Но его постановление о взыскании ущерба может быть обжаловано вышестоящему должностному лицу, прокурору или в суд (ст.41 Федерального закона от 21 июня 1995 г. “О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений”).*

* Российская газета, 20 июля 1995 г.

Арестованные вправе получать посылки без ограничения их количества, а также передачи общим весом не более 30 кг в месяц (это ограничение не применяется в отношении несовершеннолетних, тяжело больных, беременных и женщин, имеющих при себе детей в возрасте до трех лет – ст.25 указанного закона). Арестованные вправе отправлять и получать денежные переводы без ограничения их суммы (деньги хранятся на лицевых счетах арестованных). В изоляторах временного содержания (ИВС) отправление денежных переводов задержанными допускается лишь с разрешения администрации (п.6.31 “Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел” (зарегистрирован в МЮ РФ 31 января 1996 г.)*. Вряд ли такое ограничение имеет смысл.

* Российская газета, 11 апреля 1996 г.

6. Семья находится под защитой государства (ст.38 Конституции РФ). В п.2 ч.2 ст.17 Закона РФ “О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений” установлено, что лица, содержащиеся в следственных изоляторах и тюрьмах, имеют право заключать и расторгать брак и участвовать в иных семейно-правовых отношениях. “Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации”* установили порядок вступления в брак и расторжения брака заключенными. Этот нормативный акт в качестве условия вступления в брак предусматривает получение разрешения на свидание вступающих в брак, выдаваемого должностным лицом или органом, в производстве которых находится уголовное дело (ст.2 Правил). По сути речь идет о разрешении не только на свидание, но и на вступление в брак, поскольку заочная регистрация брака Правилами не предусмотрена. Это противоречит Семейному кодексу РФ, который устанавливает условия, препятствующие вступлению в брак, – недостижение брачного возраста и отсутствие взаимного согласия на заключение брачного союза (ст. 12). На этот дефект ведомственного нормотворчества указывалось в литературе, но он так и остался неустраненным, хотя Правила прошли процедуру регистрации в Минюсте РФ.**

* Российские вести, 28 марта 1996 г. (приложение к приказу МВД России от 20 декабря 1995 г. № 486.

** Ведомственные акты МВД, касающиеся порядка содержания обвиняемых и подозреваемых под стражей: временно сохраняют силу после передачи СИЗО и ИВС в ведение Минюста.

7. Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. В государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения медицинская помощь оказывается бесплатно (ст.41 Конституции РФ). Это положение в основном конкретизируется в нормативных актах об условиях содержания арестованных и задержанных в СИЗО и ИВС, но реально ситуация в этих учреждениях – критическая.

1. Право человека на гражданство (ст.6 Конституции РФ), включая защиту его законных интересов государством, сохраняется за всеми участниками уголовного судопроизводства, в том числе обвиняемым, подозреваемым и осужденным. Гражданин РФ не может быть лишен своего гражданства или права изменить его. Действующий Уголовный кодекс РФ и административное законодательство не предусматривают лишение гражданства и высылку из страны в качестве мер уголовного или административного наказания. Подозреваемые, обвиняемые и осужденные располагают тем же объемом прав, что и остальные граждане, за исключением установленных законом правоограничений, вытекающих из режима задержания, ареста, лишения свободы. Просьбы задержанных, арестованных и осужденных об изменении гражданства должны быть рассмотрены. Однако удовлетворение просьб не влечет освобождение таких лиц от задержания, ареста, лишения свободы и не изменяет процессуальный статус подозреваемых, обвиняемых и осужденных.

2. Свобода мысли и слова (ст.29 Конституции РФ) продолжает оставаться достоянием любого лица, привлеченного к участию в уголовном судопроизводстве. Однако подозреваемый и обвиняемый, содержащийся под стражей, значительно ограничены в пользовании этими правами. Они могут свободно мыслить (содержание мышления вообще не подконтрольно), но условия изоляции задержанных и арестованных реально затрудняют обнародование взглядов и мнений этих лиц. И тем не менее администрация мест лишения свободы не вправе препятствовать художественному, научному творчеству задержанных и арестованных, редактированию и опубликованию их произведений. Недопустимо принуждать заключенных к отказу от своих политических и иных убеждений.

3. Свобода искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (ч.4 ст.29 Конституции РФ) – достояние всех лиц, участвующих в уголовном деле, И все же подозреваемый, обвиняемый, содержащиеся под стражей, и лицо, помещенное в закрытое медицинское учреждение, фактически ограничены в реализации этого права, поскольку они лишены возможности пользоваться книгохранилищами, публичными библиотеками, экспозициями, знакомиться со всеми средствами массовой информации. Однако основные источники социальной информации должны быть доступны этим лицам. Наиболее распространенные массовые издания – центральные газеты, журналы, а также художественная литература – должны составлять фонд библиотек при следственных изоляторах. Лицам, содержащимся под стражей, необходимо обеспечить свободный доступ к этим источникам массовой информации.

4. Цензура запрещается (ч.5 ст.29 Конституции РФ). Это конституционное требование в значительной мере не распространяется на переписку задержанных, арестованных и лиц, помещенных на экспертизу в медицинские учреждения.

5. Право объединяться в общественные организации (cт.30 Конституции РФ) сохраняется за всеми участниками процесса, но его реализация затруднена для подозреваемого, обвиняемого, содержащегося под стражей, а также лица, помещенного в медицинское учреждение. Эти лица продолжают состоять в своих общественных организациях и могут выполнять вытекающие из членства в них функции, если это не нарушает режим содержания под стражей. Общественные организации (профсоюзы, партии, движения) при решении вопроса об исключении из их состава скомпрометировавших себя граждан не связаны постановлениями государственных органов. Однако общественные организации не могут не принимать во внимание, что до вынесения обвинительного приговора и его вступления в законную силу лицо считается невиновным. Исключение такого лица из общественной организации может быть преждевременным, поскольку существует возможность его оправдания судом. Презумпция невиновности – не только правовой, но и этический принцип, которым должны руководствоваться как государственные органы, так и общественные организации.

6. Граждане РФ имеют право избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления, а также участвовать в референдуме (ч.2 ст.32). Этим правом обладают все участники уголовного процесса, включая подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей. Эти лица являются гражданами РФ. Их виновность по суду еще не доказана, они презюмируются невиновными. Не исключено, что суд вынесет в отношении некоторых из них оправдательный приговор. Нет никаких опасений, что участие указанных лиц в выборах или референдуме принесет обществу и государству какой-либо вред. Наоборот, предоставление этим гражданам возможности реализовать свои избирательные права означает, что государство не лишает их политико-правовой правоспособности, что оно относится к этим лицам как гражданам своей страны, хотя и обвиненным в совершении преступления, но еще не осужденным (в Конституции СССР и Конституции РСФСР 1978 г. этот вопрос оставался нерешенным). Конституция РФ (ч.3 ст.32) совершенно четко указывает, что не имеют права избирать и быть избранными лишь граждане, признанные судом недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда. Задержанные и арестованные в порядке меры пресечения к их числу не относятся. При этом надо подчеркнуть, что эти лица вправе не только избирать, но и быть избранными. Конечно, это очень редкий случай, но он возможен как знак протеста против ареста политически популярного лица, которое, по мнению определенных общественных сил, необоснованно привлечено к уголовной ответственности.* Но такое лицо не может считаться избранным, если выборы состоялись после помещения его в места лишения свободы на основании обвинительного приговора, вступившего в законную силу. Если ко дню выборов этот момент не наступил, то лицо считается избранным и на него распространяются гарантии неприкосновенности, установленные для депутатов (привлечение к уголовной ответственности и арест с согласия Государственной Думы).

* Известен случай, когда некто Манучаров был избран депутатом Верховного Совета Армянской ССР в тот период, когда он находился под следственным арестом. Депутатский мандат был вручен Манучарову в Бутырском следственном изоляторе (Ю.Феофанов. Между парламентским креслом и тюремными нарами. – Известия, 2 июля 1990 г.).

Не имеют права избирать и быть избранными граждане, признанные судом недееспособными (ч.3 ст.32 Конституции РФ). Лица, подвергнутые экспертизе в стационаре психиатрического учреждения и на день выборов (референдума) еще не признанные психически больными или здоровыми, тем не менее должны быть освидетельствованы комиссией врачей-психиатров для решения вопроса об их способности участвовать в выборах (референдуме). Раньше (см. Закон о выборах в Верховный Совет СССР от 6 июня 1978 г.*, постановление ЦИК СССР “О порядке внесения в списки избирателей лиц, признанных умалишенными” от 23 октября 1937 г.**) по заключению врачей-психиатров не допускалось участие в выборах лиц, страдающих слабоумием в выраженной степени, и лиц, находящихся в остром психотическом состоянии. Теперь по смыслу ч.3 ст.32 Конституции РФ врачи должны заблаговременно позаботиться о том, чтобы их заключение о невозможности психически больного участвовать в выборах было представлено в суд, которому необходимо предоставить право признавать такое лицо недееспособным не вообще, а для данного случая.

* Ведомости Верховного Совета СССР, 1978, № 28, ст.441.

** СЗ СССР, 1937, ст.330.

7. Свобода совести, вероисповедания (ст.28 Конституции РФ) – достояние каждого участника процесса, включая задержанных, арестованных и помещенных в медицинские учреждения. Подозреваемые и обвиняемые отравляют религиозные обряды в камерах или в специально оборудованных для этих целей помещениях. Им разрешается пользование религиозной литературой и предметами религиозного культа. С разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, допускается приглашение в следственный изолятор служителей религиозных культов, оплачиваемых из средств, находящихся на лицевых счетах подозреваемых и обвиняемых (п.10.1-10.4 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации).

Существует опасность, что священнослужители будут по поручению следователей склонять обвиняемых к признанию вины (в противном случае следователь может не дать священнику разрешение на свидание с арестованным). Церковь может превратиться в слугу и союзника обвинительной власти. так было в царской России, где церковь нередко добивалась признаний у невиновных людей, измученных жестоким обращением, голодом и бесконечными “увещеваниями”. Вот с какими словами обращался к арестованным протоиерей Е.Попов, один из таких увещевателей. “...Более воздыхая, чем радуясь, прихожу к вам. Оттого, что мало увидел между вами таких, которые бы искренно и вполне сознались в своих преступлениях. Как будто все вы, до осуждения и после суда, содержитесь здесь невиновно”. Итак церковь проповедовала смирение независимо от того, совершил человек преступление или попал в тюрьму невиновно. “Но когда кто из вас, – продолжает Е.Попов, – и при гласном суде осуждается чрезмерно, с натяжкою или решительно невиновно, тогда остается этому человек осознать свои прежние проступки, сокрытые от суда, или вообще тяжкие грехи свои перед Богом и покориться суду”. Далее следуют иезуитские рассуждения о том, что “много бывает беспокойства”, если обвиняемый медлит признаться (расходы на содержание тюрем, обыски, вызовы на допросы многих людей, отрываемых от труда в страдную пору, и т.д.) Завершает Е.Попов призывом: “Послушайте моего пастырского совета, други мои, сознайтесь поскорей”.* Такие услуги церкви нам не нужны.

* Цитир. по кн.: Петрухин И.Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М., 1989. C.131-132.